Перейти на главную страницу





главная страница | наши сотрудники | фотобанк | контакт
 



  Цели и задачи Центра  
  Текущий комментарий  
  Тема  
  Автор дня  
  Социология и политика  

  Аналитика  
  Социологические исследования  
  Публикации и интервью  
  Новости  


Министерство дерусификации


19.02.05
Михаил Белецкий
[День, 12.02.2005]

В газете "День" (N 15 за этот год) было помещено открытое письмо, подписанное более чем 70-ю представителями интеллигенции, основной идеей которого была необходимость защиты в Украине русского языка и русской культуры. В сопровож-дающей заметке редакция соглашается, что проблема есть, однако видит эту проблему по-другому: "Она (проблема) состоит прежде всего в том, что "языковый вопрос" успешно и цинично используется политиками и политтехнологами". Редакция торопит-ся отмежеваться от "уважаемых экспертов" - авторов письма, заявив о "смешивании" в нём различных проблем и "каком-то уж слишком превентивном оппонировании новой власти". А чтобы читатель случайно не поддался влиянию неправильных идей, письмо сопровождается (в этом и последующих номерах) письмами с противоположными мне-ниями - о том, что русский язык в Украине в защите не нуждается. А одно из писем (В. Танчер в N 19) вообще возрождает жанр политического обвинения: лейтмотивом пуб-личной деятельности нескольких указанных по фамилиям авторов, двое из которых яв-ляются известными учёными, названо "ярое украинофобство, невосприятие украинской независимости". Поздравляю газету "День" и профессора Танчера с возвращением к добрым традициям 1930-х годов.

Читательских писем в поддержку основных положений открытого письма пока на страницах газеты не появлялось. То ли сторонников этой точки зрения нет среди её читателей, то ли редакционная политика газеты не позволяет их печатать. Полагаю, ес-ли редакция согласится напечатать моё письмо, это сделало бы дискуссию менее одно-сторонней.

Хочу объяснить, что именно меня тревожит в ситуации с русским языком в Ук-раине.

Для начала представлюсь. Начну с того, что я безо всякой симпатии отношусь к "политическим русским", т. е. тем, кого беспокоят интересы великого евразийского пространства и евразийской цивилизации, равно как и триединого русского народа и всего подобного, а также их вековое противостояние безбожному Западу, с оглядкой на что предлагается строить наше государство. Я не люблю российское государство ни в его традициях, ни тем более - в современном состоянии. А люблю русский язык, рус-скую культуру, русскую литературу, люблю Пушкина и Толстого, Чехова и Булгакова, их любят мои дети, и я хочу, чтобы мои внуки и правнуки тоже их знали, любили и считали своими. Право воспитывать так детей и внуков я считаю своим неотъемлемым гражданским и человеческим правом, равно как правом моих сограждан, относящих себя к русской культуре. И мои претензии к украинскому государству заключаются в том, что оно руками своих чиновников пытается лишить меня этого права.

Я обвиняю Министерство образования в создании препятствий русскоязычным гражданам Украины в получении образования на родном языке и даже просто в его изучении. В одном из писем в ходе дискуссии отмечается, что в русских школах (точ-нее, в школах с русским языком преподавания) обучается 25% детей Украины. На-сколько я знаю, почти все эти школы расположены в регионах Юга и Востока, которых пока не коснулась политика дерусификации. А в западном регионе русские школы практически ликвидированы, на грани ликвидации они находятся и в центральном. В ряде областей вообще не осталось русских школ. (В том числе, по моим данным, и в Киевской области - если я ошибаюсь, пусть меня поправят.) В наполовину русскоязыч-ном Киеве их осталось меньше десятка. И всё это отнюдь не потому, что родители так стремятся дать детям образование на государственном языке - их просто никто не спрашивает. Классы в русских школах переполнены, и родители возят в них детей че-рез полгорода. Но этого мало. В украиноязычных школах русский язык сплошь и рядом сводится на уровень факультатива, на изучение его отводятся считанные часы. Об изу-чении русской литературы (в курсе зарубежной) не приходится и говорить.

Политика дискриминации русскоязычных проводится Министерством образова-ния с первых дней независимой Украины и по сегодняшний день. (Не правильнее ли было бы назвать его Министерством дерусификации или Министерством языковой дискриминации?)

В письме В. Корсакова в ходе дискуссии ("День", N 15) вопрос ставится не-сколько странно: "Согласно Конституции и законам, все русскоязычные имеют право обучать своих детей на родном языке. Только часть населения Украины этим правом не всегда пользуется." Такая постановка вопроса напоминает старый анекдот: "Имею ли я право... ? - Да, имеете. - Нет, вы меня не дослушали. Могу ли я... ? - Нет, не можете." Какая польза в записанных на бумаге правах, если не предусмотрено никаких путей их реализации? Необходим закон, который обеспечивал бы гарантии реализации языковых прав. Об этом, в частности, и говорилось в открытом письме. Кстати, отличный вариант учебного плана предложен лабораторией господина Корсакова, о чём сказано в его письме, но ведь в нынешних условиях этот план так и останется пылиться на министер-ском столе.

В заключение хочу обратить внимание на одну вроде бы терминологическую деталь. В Украине при любых обсуждениях языковых проблем постоянно используется термин "языки национальных меньшинств". Термин, неизвестный в Европе (куда вроде бы мы идём), - там говорят "языки меньшинств"; при этом в законах (например, в Ев-ропейской хартии) подразумеваются языковые меньшинства. Разница в терминологии отражает разницу в мировоззрениях: украинская терминология соотносит язык с этни-ческой группой, а европейская - с личностью. Украинская терминология молчаливо ис-ходит из того, что право на использование языка имеет только представитель соответ-ствующей этнической группы (что нередко фиксируется в законе), а европейская - что выбор языка есть неотчуждаемое право личности. Отмечу, что авторы открытого пись-ма стоят в этом плане на европейской точке зрения, в отличие от их оппонентов.

В дискуссиях подобного рода меня всегда поражает одно - глухота противников защиты русского языка. Одна сторона дискуссии излагает реальные проблемы людей, своих сограждан, а другая, отвечая, даже не вспоминает о них, приводя доводы из со-вершенно другой плоскости: нарушаются права украинского языка, на нём говорят ма-ло, пишут мало, это представляет угрозу для национальной безопасности. Я согласен, необходимо добиваться расширения сферы функционирования украинского языка. И нужно обсуждать это, но это другая проблема. А зачем закрывать для этого русскоя-зычные школы?

Так что своих будущих оппонентов я хочу покорнейше просить: пожалуйста, не забудьте высказать своё отношение к главным вопросам, поднятым в моём письме. Считаете ли Вы нормальной ситуацию, когда русскоязычные граждане Украины, жи-вущие в населённом пункте с заметным русскоязычным населением (речь не идёт, ска-жем, о селе на западе или в центре), лишены возможности обучать детей на родном языке? Следует ли в таких населённых пунктах формировать русскоязычные школы и классы, считаясь с пожеланиями родителей, или язык образования должен устанавли-ваться чиновниками Минобраза из каких-то других соображений? Нужно ли законода-тельно закрепить право родителей при определённых условиях выбирать язык образо-вания?

Послесловие

Газета "День" опубликовала моё письмо и даже предложила вполне удачное заглавие, которое я здесь использую. И, конечно же, сопроводила комментари-ем, сводящемуся к следующему. Редакция не может оставить без внимания своеобраз-ную манеру дискуссии, взятую "на вооружение" Белецким. В поддержку авторов от-крытого письма писем не было, так что сентенции Белецкого по поводу "редакционной политики" и "добрых традиций 1930-х" выглядят как минимум некорректно. Предлага-ется в дальнейшем участникам дискуссии всё же не хамить редакции и авторам. Пись-мо Белецкого редакция публикует без купюр (подтверждаю - МБ), предлагая читателям оценить уровень аргумента-ции, тон полемики и выпады в адрес редакции.

Этот комментарий мне было очень любопытно прочесть, хотя бы потому, что впервые за свою достаточно долгую жизнь я услышал обвинение в хамском ведении дискуссии. Видать, я таки здорово обидел редакцию. В части моего замечания об одно-стороннем характере дискуссии эта обида была напрасна: мне действительно было ин-тересно, сами ли читатели не пишут в защиту русского языка или такие письма задер-живает редакция. Теперь редакция разъяснила, что не пишут, и я не ставлю этот ответ под сомнение. Значит, уже так сформировался круг читателей. Думаю, в первые годы существования газеты этот круг был существенно разнообразнее, и в защиту русского языка выступил бы не я один.

Что же касается моей оценки высказываний профессора Танчера как возврата к методам полемики 1930-х годов, то я не вижу возможности мягче охарактеризовать на-писание политического доноса и его публикацию.












Copyright © 2002-2012 Киевский центр политических исследований и конфликтологии
Copyright © 2002-2012 Центр эффективной политики

При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна.






bigmir)net TOP 100