Перейти на главную страницу





главная страница | наши сотрудники | фотобанк | контакт
 



  Цели и задачи Центра  
  Текущий комментарий  
  Тема  
  Автор дня  
  Социология и политика  

  Аналитика  
  Социологические исследования  
  Публикации и интервью  
  Новости  


Внешнеполитические установки Виктора Януковича на выборах 2010 года*


01.02.10

1. Идеологические воззрения украинских избирателей и внешнеполитический выбор

На любых украинских выборах вопросы внешнеполитической программатики традиционно играют далеко не последнюю роль. Правда, опираясь на данные опросов, эксперты традиционно уверяют и себя, и публику в том, что избирателей интересует исключительно «хлеб насущный даждь нам днесь» – уровень зарплат и пенсий, рабочие места, ситуация в здравоохранении, коммунальные платежи и т. д. Это отчасти верно в том отношении, что украинские избиратели не стали бы относиться всерьез ни к одному кандидату, не выступающему с широкими социальными посулами. Однако, на самом деле, отношение того или иного кандидата к вопросам внешней политики также довольно значимы. Обращаясь к ним, равно как к языковой и конфессиональной проблематике, лидеры политических сил направляют сигналы тем или иным ведущим группам электората, подчеркивая, что они «свои» либо для сторонников сближения с Россией, либо приверженцев некоего баланса в отношениях между ЕС и российским вектором, либо же представителей антироссийского меньшинства, ориентированного на расширение сотрудничества с НАТО.

Лучшего пути предстать в образе «своих», идентифицируя себя с основными слоями избирателей, на которых они ориентируются в предвыборный период, чем апеллировать к связанным друг с другом внешнеполитическим и гуманитарным вопросам (язык, религия), у представителей правящего класса Украины на сегодняшний день нет. Мощный этнокультурный раскол украинского общества, резко усилившийся вследствие событий конца 2004 года, обеспечивает мобилизацию избирателей основных макрорегионов (индустриального русскоговорящего Юго-Востока, аграрного украиноязычного Центра и аграрного украиноязычного Запада Украины) по преимуществу вокруг «своих» элит, независимо от того, как избиратели относятся к этим «своим» элитам в период между выборами. Серьезность сохраняющегося внешнеполитического раскола подтвердили события 2008 года вокруг Южной Осетии, на которые каждый из основных макрорегионов реагировал на свой собственный лад.

Украина, конечно, является лишь одним из многих примеров расколотых обществ, которые в ходе выборов избирают лидеров «своих» элит. Так, к примеру, в далеком от Украины Ливане избиратели, представляющие те или иные этноконфессиональные общины, сплачиваются вокруг «своих» политических сил – суннитских, шиитских, христианско-маронитских, друзских, армянских. Однако в Украине, в отличие от Ливана, консолидация проходит, естественно, не по конфессиональному признаку (хотя он тоже имеет свое значение), а вокруг политических деятелей, наиболее весомо на данный момент представляющих экономико-политические интересы того или иного макрорегиона со свойственным последним отношением к вопросам внешнеполитического и гуманитарного выбора.

К тому же этот раскол между Востоком и Западом при всей своей силе не абсолютен. На Западе Украины Виктору Януковичу удалось обзавестись «пусть небольшим, но своим» электоратом, недовольным Виктором Ющенко, Юлией Тимошенко и местными галицкими порядками. В свою очередь Юлии Тимошенко смогла заручиться поддержкой некоторой части избирателей Востока, отрицательно относящихся к Партии регионов. Что касается Центра Украины, на выборах 2004 г. достаточно консолидировано поддерживавшего националистически настроенного галицкого фаворита Виктора Ющенко, ныне его избиратели в целом благоволят к Юлии Тимошенко, однако все-таки Партии регионов удалось здесь достаточно значимо закрепиться. Достаточно равномерное голосование в разных регионах в пользу С. Тигипко также свидетельствует о неабсолютности этого раскола.

Данный так или иначе довольно глубокий раскол, с одной стороны, по-своему оказывается как-то даже на руку «имущим классам». Группирование на выборах избирателей вокруг «своих» макрорегиональных лидеров блокирует артикуляцию корпоративных социальных интересов, размежевание в политике по линии «левые-правые» и вхождение в правящий класс лоббистов интересов наемного труда, защищая парламент от проникновения каких-либо иных элит, кроме группировок, напрямую пользующихся поддержкой капитала. Так, к примеру, рабочие слои Украины в данных условиях по преимуществу склоняются к поддержке кого угодно, но только не сил, которым они могли бы доверять, исходя из своего корпоративного интересов (классическая ситуация «класса в себе», а не «класса для себя»). Почва для этих раскладов сложилась еще во времена Леонида Кучмы: «Политические взгляды работников отличаются пестротой. Тут представлен весь спектр иногда противоположных идейно-политических ориентаций…»1. Но в нынешних условиях такая распыленность заметно усилилась. Это касается и полностью «просевших» целевых аграрных партий, ранее не без некоторого успеха собиравших голосе сельского электората.

При этом две ведущие силы, представленные в Верховной Раде (Партия регионов и БЮТ) представляют собою симбиотические образования, в которых представлены публичные политики, артикулирующие взгляды соответствующих макрорегионов по вопросам гуманитарного и внешнеполитического выбора; выходцы из среды высокопоставленного чиновничества или «силовиков»; представители финансово-промышленных групп («олигархи»), а также других лоббистов украинского или внешнего капитала. Это дало основания рьяным критикам ПР и БЮТ заявлять о том, что, дескать, «победа кандидата от БЮТ или ПР с большой вероятностью будет означать победу олигархии без каких-либо сдержек и противовесов»2. Традиционно особенно велик удельный вес представителей крупного капитала во фракции Партии регионов.

С другой стороны, для бизнес-элит, чьи представители по обыкновению предпочитают «раскладывать яйца в разные корзины», имеющийся внешнеполитический и гуманитарный раскол создает и немалые неудобства. В тех случаях, когда политическая целесообразность толкает их представителей, находящихся в противоборствовавших в 2004 году лагерях, к заключению тактических альянсов, общественное мнение зачастую воспринимает любые примиренческие поползновения такого рода как «предательство». Так, например, в среде тех, кто в 2004 году поддерживал «оранжевые» события и формировал соответствующее мнение, любые планы по формированию коалиции между Партией регионов и Блока Юлии Тимошенко всегда подвергаются остракизму. И, напротив, закулисное сближение в 2007 году между Партией регионов и Виктором Ющенко, открывшее дорогу досрочным парламентским выборам, для «сине-белого» электората не могло восприниматься иначе, как в высшей степени неодобрительно.

Формируя свои установки по внешнеполитической и гуманитарной проблематике, политические силы при этом имеют возможность для маневрирования: ключевой «месидж», направленный на то, чтобы предстать в качестве «своих» для идеологически близкой аудитории, может усиливаться или ослабляться в зависимости от того, какие задачи при этом ставятся: мобилизовать и закрепить за собою свой базовый электорат или, напротив, попытаться расшириться ряды свои сторонников за счет колеблющейся части избирателей из того или иного «чужого» марорегиона. Так, например, на нынешних выборах Юлия Тимошенко, стремясь закрепить за собою базовый для нее электорат Западного региона, всячески подчеркивает, что она выступает за «европейскую и украинскую Украину» и ее энергетическую независимость.

Важно также иметь в виду, что, как отмечалось выше, в сравнении с президентскими выборами 2004 года жесткое прежде деление страны на консолидировано противостоящие друг другу Центр и Запад, с одной стороны, и Юго-Восток, с другой, сохраняя свою значимость, все-таки отчасти (но лишь отчасти) ослабилось. Так, повторимся, Виктору Януковичу удалось закрепиться в Центре и даже на Западе страны, хотя речь, конечно, не идет о фундаментальном сломе общей картины. Определенной поддержкой на Юго-Востоке Украины заручилась и Юлия Тимошенко.

Конечно, есть еще один чрезвычайно важный, можно сказать, ключевой фактор, влияющий на формирование внешнеполитических установок основных кандидатов. Речь идет о том, что все они вынуждены действовать с оглядкой на мнение трех основных игроков на юго-западе постсоветского пространства – Москвы, Вашингтона и Брюсселя, занимаясь маневрированием между ними или же стремясь завоевать особое благорасположение какой-то одной стороны. Поскольку во главе ПР пребывают политически умеренные люди, то они, естественно, будут ориентированы на позитивные отношения с Западом, в то же время будут стремиться восстановить отношения с Россией и избегать с нею противостояния (чего от них и требуют избиратели Юго-Востока Украины). Отношения с Соединенными Штатами они рассматривают в качестве стратегических и предполагают строить их исходя из учета влияния США в мировой политике и геоэкономике.

Кроме того, крупный национальный «сине-белый» капитал, особенно металлургический, представленный в Партии регионов, не заинтересован ни в конфликтах (как с Западом, так и с Россией), ни в безвозмездном сближении с каким-либо из главных глобальных игроков. Характерно сделанное во время выборов заявление столь влиятельного лица в ПР как миллиардер Ринат Ахметов: «Украина должна быть сильной, независимой и целостной. Сила - это когда нас уважают и в России, и в США, и в Европейском Союзе. Независимость - это когда мы независимы от России, от США, от Европейского Союза. А целостность - это когда мы не делим страну пополам» 3.

Можно предположить, что такого рода стремление к проведению сбалансированной политике не будет носить абсолютно равноудаленного характера. В случае прихода ПР к власти, скорее всего, будет происходить смещения баланса или в одну, или в иную сторону в зависимости от текущей конъюнктуры и актуального соотношения сил будет происходить Интенсификация газового конфликта между Украиной и Россией может в таком случае привести к немалым осложнениям в украинско-российских отношениях, поскольку вопрос о цене на газ для «регионалов» имеет особую значимость.

В целом нынешние президентские выборы в Украине в сравнении с событиями 2004 года отличаются подчеркнутым трезвомыслием, умеренностью и учетом актуального соотношения сил со стороны большинства кандидатов, что соответствующим образом сказывается на внешнеполитической риторике. Даже Виктор Ющенко не решился во внешнеполитическом разделе своей программы на какие-то экстремистские заявления.

На смену радикальным иррациональным утопиям образца 2004 года явилось нечто намного более уравновешенное и компромиссное, и с этой точки зрения в большей степени отвечающее традиционному украинскому политическому менталитету. «Время политического реализма» - таким образом можно было бы охарактеризовать господствующий ныне в Киеве оппортунистический и осторожный внешнеполитический «дух времени», особенно показательный в условиях вялотекущих попыток «перезагрузки» российско-американских взаимоотношений.

2. Внешнеполитическая программатика Виктора Януковича

Естественно, первоочередное внимание в такой ситуации привлекают внешнеполитические заявления руководителя Партии регионов (ПР) и неофициального лидера Юго-Востока Виктора Януковича как политического деятеля, воплощающего политический реализм и умеренность во внешней политике. От имени Виктора Януковича вещают интересы экспортоориентированных групп украинского национального капитала – всех тех, кто заинтересован в формировании максимально неконфликтной внешнеполитической оболочки для ведения бизнеса и создания условия для продвижения на рынки Запада и Востока, Европы и Азии, ЕС и России. Взгляды, политический опыт и настроения этих «солидных и серьезных людей» весьма близки к менталитету представителей «Единой России» с той разницей, что ПР действует в принципиально иной политической среде, отличающейся жесткой внутренней конкуренцией и сильным внешним давлением.

Предвыборная платформа Виктора Януковича, гарантирующего, что «Украина станет надежным партнером, сильным и авторитетным государством на международной арене», предполагает:

    • законодательное закрепление внеблокового статуса Украины;

    • восстановление дружественных и взаимовыгодных отношений с РФ, странами СНГ;

    • обеспечение стратегического партнерства с США, ЕС, странами «большой двадцатки»;

    • защиту прав граждан Украины за границей.

Тезис о закреплении внеблокового статуса Украины далее был расшифрован в интервью Виктора Януковича «Комсомольской правде» следующим образом: «Украина была и будет внеблоковым государством, таким, каким она является сегодня. Мы не будем стремиться вступать ни в НАТО, ни в ОДКБ. Мы сохраним нейтральный статус»4.

При этом «регионалы» предполагают сохранить на нынешнем уровне сотрудничество с Альянсом: «Украина всегда сотрудничала с НАТО, и те программы, которые были, Украина их всегда выполняла. Мы считаем, что такого уровня сотрудничества сегодня достаточно, и именно такой уровень сотрудничества сегодня поддерживает украинский народ. (…) Украинский народ сегодня не поддерживает вступление Украины в НАТО, и это соответствует тому статусу, который мы имеем сегодня. Мы не хотим входить ни в какой военный блок»5.

Выше был приведен ряд внешнеполитических положений, относящихся к соответствующему специальному разделу предвыборной программы Виктора Януковича. Однако ими его предвыборные взгляды на внешнюю политику не исчерпываются, поскольку ряд положений, содержащихся в разделах, посвященных экономическим и военным вопросам, также имеют некоторое значение с точки зрения внешнеполитической программатики этого кандидата:

    • поддержка базовых отраслей экономики (машиностроение, металлургия, химической и угольной промышленности);

    • развитие импортозамещающих производств (фармацевтики, автомобилестроения, авиастроения);

    • обеспечение энергетической независимости (модернизация ТЭС, строительство ГЭС, безопасная атомная энергетика, развитие альтернативных источников энергии);

    • реализация инфраструктурных проектов (модернизация и строительство аэропортов ежегодный ввод не менее 1000 км новых дорог, строительство скоростных ж/д магистралей, развитие морских портов);

    • перевооружение армии современными видами оружия, в первую очередь лучшими отечественными образцами).

Характерным элементом предвыборной программы В. Януковича, указывающее на его видение места Украины в мире, является обязательство ввести Украину в состав 20 наиболее развитых стран мира. Этот тезис выполняет роль, так сказать, «регулятивной утопии» и призван мобилизовать избирателей на поддержку Партии регионов как силы, обеспечивающей путь в «светлое будущее». До сих пор утопическую энергию электоральных масс эксплуатировали по преимуществу «оранжевые» силы, с немалым успехом использовавшим для себя тему сближения с Западными странами в качестве приворотного средства в отношении избирателей, для части которых желанная, но, на самом деле более чем проблематичная интеграция с ЕС, является неким аналогом былых ожиданий пришествия коммунизма. В нынешних условиях обычно чересчур заземленные «регионалы» (не в пример своим традиционно слишком утопично настроенным «оранжевым» оппонентам) решили предложить избирателям некую мобилизующую цель, на роль которой избрано продвижение в состав G-20.

Характерное отличие от перспектив, предлагавшихся «оранжевыми» силами состоит здесь состоит в том, что «место под солнцем» (т.е. вхождение в состав G-20) и модернизацию страны предполагается добиваться внутренними силами, независимо от вхождения или невхождения в то или иное международное интеграционное объединение, в том числе ЕС. Показательны в данном отношении следующие слова В. Януковича из интервью «Комсомольской правде»: «Мы будем проводить прагматичную и сбалансированную внешнюю политику. Мы будем продолжать развивать евроинтеграционный процесс. Но его основа - это модернизация и преобразования внутри Украины. Я прекрасно понимаю, что Европа нас не ждет с распростертыми объятиями. Поэтому нам необходимо самим поднять уровень жизни людей, чтобы он был европейским»6.

На брифинге в Днепродзержинске 12 января руководитель Партии регионов расценил европерспективы Украины как неопределенные и подверг критике своих оппонентов за отсутствие прогресса на европейском направлении: «…за последние 5 лет нынешняя помаранчевая власть не выполнила ничего из программ и обязательств, имеющихся перед ЕС. Поэтому мы не приблизились к идее евроинтеграции, а, скорее, отдалились». По словам Виктора Януковича, он хорошо понимает, что здесь «многое зависит от самой Украины, а не от ЕС». Признавая обязательства перед Брюсселем, лидер «регионалов» заявил о том, что Украине необходимо поднять уровень экономики, жизни людей, социальные и технические стандарты, гармонизировать законодательство и т. п.7.

Напротив, традиционный «оранжевый» менталитет исходит из иной установки, несколько напоминающей поиск некоего «чудодейственного средства»: Украина должна любой ценной добиться евроинтеграции (например, в качестве инструмента достижения таковой рассматривалось предварительное вступление в НАТО), которая затем автоматически приведет к модернизации социально-экономической и политической систем страны.

В период, предшествовавший публикации предвыборной программы, Виктор Янукович также сделал ряд «знаковых» внешнеполитических заявлений. Как отмечает Сергей Толстов, они сводились к следующему:

    • отсутствие сбалансированной внешней политики негативно влияет, прежде всего, на экономическую ситуацию в стране. Необходимо более реалистично подходить к вопросам энергетической безопасности, обеспечения транзита, визового режима;

    • высказываемые украинской властью обвинения в адрес России о посягательствах на территориальную целостность Украины являются проявлением неуважения к партнеру. «Когда говорят о каких-либо угрозах, например уничтожении суверенитета, территориальной целостности – это, прежде всего, неуважение к тем странам, ... которые являются нашими стратегическими партнерами»;

    • в вопросах внешней политики украинские дипломаты должны отстаивать национальные интересы страны и строить двусторонние отношения, как с Россией, так и с другими странами, на взаимовыгодной основе;

    • проблемы между Украиной и Россией в газовой сфере начались с приходом ныне действующей украинской власти, которая разрушила имеющуюся договорную базу. «… Такая политика, безусловно, не нужна и Европе»;

    • Украине нужно прекратить болеть евроромантизмом, начать выстраивать более прагматичную политику в отношениях с ЕС и работать в конкретных проектах, выстраивать с ЕС стратегические отношения, в которых Украина «должна быть надежным партнером ЕС». При этом Украина должна решить многие внутренние вопросы – провести реформы правоохранительной системы и судебной системы, приблизиться к европейским стандартам, обеспечить повышение уровня жизни населения, который напрямую зависит от состояния экономики;

    • Виктор Янукович намерен избегать голословных деклараций и хочет наполнить смыслом готовящееся соглашение об ассоциации с ЕС. Вопросы подписания договора о свободной торговле и упрощения визового режима должны решаться как можно быстрее. Причем, перспектива интеграции Украины с ЕС во многом зависит от политического решения самого ЕС. Поскольку со стороны ЕС нет никаких позитивных сигналов, украинское общество не верит, что это может когда-нибудь произойти;

    • Виктор Янукович предлагает руководящим органам ЕС рассмотреть вопрос о взаимных обязательствах (определить «скорость интеграции Украины в ЕС» и увидеть этот путь). Если Украине удастся создать с ЕС такую программу – не обобщенную, а конкретную – процесс проведения реформ в Украине будет существенно ускорен. В любом случае прогресс в евроинтеграции будет зависеть не только от Украины, но и от ЕС;

    • в вопросах европейской безопасности Виктор Янукович намерен придерживаться сбалансированной позиции. Украина заинтересована присоединиться к Европейской политике безопасности и обороны (…) в качестве внеблоковой страны, способной «проводить политику, которая объединит европейские и евразийские страны». Позиция Партии регионов в этом вопросе перекликается с «планом Дмитрия Медведева». НАТО не воспринимается как основная структура европейской безопасности. В заявлениях Виктора Януковича эта тема интерпретируется как «реконструкция системы европейской коллективной безопасности», в которой могли бы участвовать Украина, Россия и НАТО;

    • в связи с расширением ЕС европейская безопасность требует новых подходов. Неконфронтационный сценарий предполагает обязательное включение в такую систему России, без которой «невозможно построить систему коллективной безопасности на европейском континенте». Безопасность должна включать не только сугубо военные вопросы или проблемы военно-промышленного комплекса. Обеспечение безопасности должно восприниматься комплексно – через широкий круг энергетических, экологических, продовольственных и других аспектов. Вместо нынешнего соперничества предлагается объединение усилий вокруг решения глобальных проблем, которые стоят перед Европой и миром»8.

Немалое внешнеполитическое значение имеет и реакция лидера главы Партии регионов на резонансное заявление Владимира Путина в Ялте о том, что российскому руководству «комфортно» иметь дело с правительством Юлии Тимошенко. Выступая на канале ICTV 23 ноября, лидер ПР достаточно резко отреагировал на лестную характеристику Юлии Тимошенко: «Я хорошо понимаю Путина, я понимаю, почему он сказал «комфортно», так как они повысили цену на газ до европейской уже сейчас, а мы ставили эту цель лишь на 2012 год. Мы ставили условие, что нам требуется время»9.

Параллельно Виктор Янукович в интервью Би-Би-Си 24 ноября высказался в пользу пересмотра украинско-российского газового контракта: «Надо либо останавливать производства, что недопустимо в нынешних экономических условиях, либо же договариваться, искать механизм, который позволит установить, я сказал бы так, конкурентоспособные цены»10. Лидер ПР неоднократно подчеркивал, что очень высокая цена на газ угрожает деиндустриализацией украинской экономики, нанося особый ущерб химической промышленности.

Его позиция, подтвержденная и усиленная в интервью «Комсомольской правде» (7 января с.г.), выглядит следующим образом: вина «оранжевой команды» состоит в разрушении сформированной к концу 2004 года договорной базы между Россией и Украиной в сфере торговли и транспортировки энергоносителей, в рамках которой учитывались украинские национальные интересы. Договоренности 2009 года между Юлией Тимошенко и Владимиром Путиным Украине невыгодны, существующие цены несправедливы. Посему Виктор Янукович будет стремиться к их пересмотру. В качестве инструмента торгово-дипломатической игры Партией регионов назвала заключение прямых договоров о поставке газа из Туркмении.

Такого рода намерения вызвали настороженную реакцию «Газпрома». По словам пресс-секретаря концерна Сергея Куприянова, «Контракты долгосрочные по шведскому праву, и только из-за того, что изменится политическое руководство, претендовать на изменение контрактов вряд ли получится»11.

В то же время лидер Партии регионов сделал шаг навстречу интересам России в вопросе создания газотранспортного консорциума ГТК): «Украина должна стать надежным партнером в газовых соглашениях и России, и ЕС. Поэтому я рассматриваю перспективу создание газотранспортного консорциума между участниками этого рынка – Украиной, Россией и ЕС – как один из пунктов в проекте модернизации Украины» (интервью «Комсомольской правде»)12. Идея модернизации ГТС без российского участия была названа им «откровенной авантюрой власти».

Подобный подход вызвал весьма положительную реакцию «Газпрома», однако его представители дали понять, что не желают идти на долгосрочные уступки в вопросе рыночной цены на газ: «Цена газа для Украины должна быть рыночной. Мы можем говорить о некоторой снижке от этой рыночной цены, но ровно на размер стоимости ГТС. То есть может идти речь о белорусском варианте»13.

В обращениях по Днепропетровскому телевидению (12 января с. г.) и на канале «1+1» (14 января с.г.), а также в других выступлениях отношение руководителя ПР к этим вопросам было уточнено: «по мнению Виктора Януковича, газовый контракт стал формой наказания Украины за, мягко говоря, несбалансированную политику в отношении России, которая была последние 5 лет. В случае победы на президентских выборах Янукович будет намерен искать варианты и возможности изменить нынешнюю ситуацию к лучшему и выйти на справедливую цену для Украины, которая соответствовала бы уровню комфортных отношений между Украиной и РФ (…) Украина не будет в одностороннем порядке пересматривать газовые соглашения с Россией. Но цена на газ для Украины, которая выше, чем для других европейских стран, не может устраивать «ни Януковича, ни Украину, ни украинскую промышленность, ни украинских потребителей». Поскольку Украину начали постепенно отстранять от газового рынка, возводя в обход Украины газопроводы, Украине необходимо подумать о своих действиях, чтобы остаться на этом рынке мощным игроком. Необходимо прежде всего сохранить свою газотранспортную систему, «которая постепенно все меньше и меньше прокачивает газ в Европу». Кроме этого Украине необходимо договориться со своими партерами-потребителями из ЕС и поставщиками (Россией) и получить от них гарантии прокачки соответствующих объемов газа. Признано целесообразным участие Украины в проектах строительства новых газопроводов. «У нас есть ресурсы. Мы можем принимать участие, мы заинтересованы в том, чтобы получить дополнительные доходы в государственную казну... Эти проекты осуществляются рядом с нами, с территорией Украины, и почему власть, та, которая пять лет разрушала отношения с Россией, дошла до того, что мы утратили доверие и, кстати, инициативу»14.

20 января, выступая на Харьковском телевидении, Виктор Янукович высказался за участие Украины в строительстве Северного и Южного потока. По его мнению, это как-то может восполнить потери украинской системы магистральных газопроводов от снижения объемов прокачки газа через Украину после того, как сооружение эти обходных путей транспортировки будет завершено.

По-своему показательно выступление лидера ПР на XI съезде «Единой России» в Москве (ноябрь 2009 г.) . Здесь он высказался за то, чтобы вернуть отношения между Украиной и России «в русло не просто стратегического, а исторического партнерства: вместе строить будущее наших народов и государств». При этом лидер ПР воздержался от расшифровки тезиса об «историческом партнерстве», переведя разговор на отношения с ЕС: «Партия регионов последовательно отстаивает идею внеблоковости Украины. Вместе с тем я и мои соратники полностью разделяем идею создания единой европейской системы коллективной безопасности, которая исключила бы любые угрозы раскола и противостояния. Евросоюз переживает большие перемены. Он превращается в сильного самостоятельного игрока на внешней арене. Избран первый президент Европейского Союза. Все чаще европейские политики говорят о единой армии и новых механизмах безопасности. Считаю, что нам стоит выбрать общую позицию в этом вопросе, и выступить вместе и на уровне межпартийного сотрудничества с европейскими партиями и союзами, и на дипломатическом уровне. (…) От нас в Европе ждут открытых дружеских отношений, потому что там устали от газовых войн и бессмысленной дипломатической перепалки»15.

При этом порою в речах руководителя ПР тема европейской безопасности увязывается с инициативой Дмитрия Медведева о заключения нового Договора о Европейской безопасности (ДЕБ): «Но мы готовы поддержать инициативу президента России Дмитрия Медведева, поддержанную президентом Франции Николя Саркози, и принять участие в рассмотрении концепции новой системы европейской безопасности»16. Как известно, Партия региона изначально высказалась в пользу идеи Дмитрия Медведева о перезаключении ДЕБ.

В интервью ИТАР-ТАСС (7 декабря 2009 г.) Виктор Янукович сформулировал свою позицию по поводу базирования российского Черноморского флота (ЧФ) в Севастополе. Ее можно понять следующим образом: лидер ПР поддерживает дальнейшее пребывание ЧФ в Крыму, но считает необходимым увеличение арендной платы, а также вновь высказывается за участие Украины в новой системе европейской безопасности совместно с Россией (впрочем, при этом он не касался инициативы Д. Медведева относительно заключения нового Договора о европейской безопасности). Позже руководитель Партии регионов высказался в том духе, что с решением вопроса о базировании ЧФ не следует спешить и рассматривать его следует ближе к 2017 году.

Здесь же руководитель Партии регионов высказался на тему русского языка, предложив решить «русский вопрос» через принятие закона, определяющее его официальный статус в тех регионах, где этого пожелает местное население. Таким образом русскоговорящему базовому электорату ПР, а также Москве была предложена в гуманитарных вопросах классическая «синица в руке». Виктор Янукович дал понять, что не предполагает вести жесткую борьбу за государственный статус русского языка, требующим изменений Основного закона конституционным большинством парламента, а собирается принять ординарный закон, который позволит урегулировать языковой режим на местном уровне.

25 декабря прошлого года Виктор Янукович сделал весьма важное заявление, которое расшифровывает его видение будущего взаимоотношений Украины с государствами, стремящимися к наиболее тесной экономической интеграции на постсоветском пространстве, - Россией, Казахстаном и Белоруссией. Комментируя заключенный в ноябре прошлого года Таможенный союз между этими странами, он заявил о том, что Украина должна заключить с участниками Таможенного союза договор по формуле «3+1».

3. К вопросу об «антипреференциализме»

Виктор Янукович, настаивая на сбалансированной внешней политике, de facto предлагает вернуться к тому рациональному, реалистическому и умеренному внешнеполитическому оппортунизму, который проводился во времена Леонида Кучмы и приобрел известность под именем «многовекторности». Такой выбор в пользу политического реализма после обернувшегося безмерными издержками для Украины антироссийского, романтического и явно аномального курса Виктора Ющенко, несомненно, представляется совершенно оправданным.

Лидер ПР стремится к нормализации отношений с Россией и восстановления с ней дружественных отношений, чего требуют, прежде всего, избиратели русскоязычной Юго-Восточной Украины. И одновременно подчеркивает готовность лоббировать в диалоге с Москвой интересы предприятий, на которых работают восточные украинцы. Он отдает отчет в том, что ныне перспектива интеграции Украины в Европейский Союз призрачна («нужно прекратить болеть евроромантизмом») и в при этом высказывается за стратегическое партнерство с ЕС («начать выстраивать более прагматичную политику в отношениях с ЕС и работать в конкретных проектах, выстраивать с ЕС стратегические отношения, в которых Украина «должна быть надежным партнером ЕС»).

В то же время важно иметь в виду, что внешнеполитические и внутриполитические условия, в рамках которых предстоит действовать любому новому главе украинского государства, заметно усложнились в сравнении с теми, которые существовали во времена правления Леонида Кучмы, позволяя последнему маневрировать между интересами Запада и России с успехом для реализации национальных интересов Украины.

Во-первых, Украина оказалась в ситуации, когда ее отношения с Россией за последние пять лет кропотливыми и неутомимыми усилиями команды Виктора Ющенко фундаментально подорваны, и в то же время в диалоге с Западом не достигнуто сколько-нибудь значимого прогресса. При этом весь контекст украинско-российских отношений во времена Леонида Кучмы определялся таким фактором как относительно невысокие цены на российские энергоносители. В нынешних же условиях обернувшаяся многократным повышением цен позиция российской стороны определяется известным положением утвержденной в июле 2008 года Концепции внешней политики РФ, гласящим: «Россия подходит к торгово-экономическим связям с государствами - участниками СНГ с учетом достигнутого уровня сотрудничества, последовательно придерживаясь рыночных принципов в качестве важного условия развития подлинно равноправных взаимоотношений и укрепления объективных предпосылок для продвижения современных форм интеграции»17. «Цветные революции» послужили толчком к отказу Москвы от политических цен на постсоветском пространстве и дотированию восточнославянских соседей, что, прежде всего, нанесло удар индустриально развитому русскоязычному Юго-Востоку Украины.

Во-вторых, за время правления Виктора Ющенко утрачена «внутренняя субъектность» Украины – в значительной степени ослаблен суверенитет, критически снижены барьеры на пути навязывания политических решений извне, усилен раскол общества, дезорганизован государственный аппарат, ослаблена военная организация страны и в целом система национальной безопасности, сохраняется высокая социальная напряженность, велика вероятность новых проявлений дестабилизации, сопровождающейся ожесточенной борьбой за власть и после президентских выборов.

В-третьих, усилилась тенденция по обходу украинской территории в процессе транспортирования энергоносителей в Европу, проявляемая и западными, и российскими игроками. Как «Набукко» и «Транскаспийский газопровод», так и российские проекты черноморский «Южный поток» (на строительство которого в своих территориальных водах будто бы недавно была дана санкция Турцией) и балтийский «Северный поток» в одинаковой степени невыгодны Украине, поскольку минуют ее территорию, причем сооружение «Набукко» к тому же чревато дальнейшим повышением цены на газ для Украины. Украина в качестве страны-транзитера, располагающей одной из крупнейших в мире газотранспортных систем, может понести колоссальные убытки от сооружения любых обходных путей.

В-четвертых, украинские политические деятели поставили себя в положение, когда нейтралитет евроатлантических сил в борьбе за место президента Украины не является безвозмездным. Критикующие Виктора Януковича за уступчивость СМИ с этой точки зрения выступили с предположением о том, что ПР усиленно подталкивали к некоему «ченджу» по такой схеме: «Регионы» спускают на тормозах темы НАТО, русского языка…, взамен американцы стараются им «подсобить» в некоторых глобальных договоренностях с «помаранчевыми политиками»18. Конечно, такого рода предположения могут оказаться лишь голословными слухами, но для базового юго-восточного электората позиция ПР по гуманитарным и внешнеполитическим вопросам представляется явно слишком компромиссной и поссибилистской.

В-пятых, за пять «оранжевых» лет произошло частичное размывание выстроенной Леонидом Кучмой в результате, мягко говоря, не слишком «прозрачной» приватизации экономической базы суверенитета Украины – системы национального капитализма, основывающегося на господстве в экономике страны национального капитала восточноукраинского происхождения, сконцентрированного вокруг ведущих финансово-промышленных групп («олигархов»)19. В докризисный период наблюдалось чрезвычайно активное проникновение западного капитала в банковский сектор, а один из лучших украинских промышленных активов – «Криворожсталь» оказался в руках «Mittal Steel».

В условиях же мирового кризиса с финансовыми затруднениями и дефицит сырья столкнулась одна из крупнейших украинских металлургических компаний Индустриальный Союз Донбасса (ИСД), перешедшая в начала 2010 года под контроль российского капитала. Все это отнюдь не благоприятствует усилению таких политических деятелей как Виктор Янукович, не заинтересованных в конечном счете в утрате национального контроля над основными экономическими активами. Ранее, в докризисный период, заинтересованность в приобретении того же ИСД проявлял «Газметалл» Алишера Усманова. «Евраз» выкупил металлургические предприятия украинского «Привата», Дмитрий Пумпянский проявил интерес к «Интерпайпу», распространялись слухи о возможной покупке российским капиталом ММК и «Запорожстали».

В-шестых, за годы правления Виктора Ющенко усилились кризисные явления в дипломатическом корпусе Украины, заметно снизился уровень его флексибельности – способности маневрировать между основными мировыми центрами влияния с целью отстаивания национально-государственных интересов Украины. Под влиянием политической конъюнктуры бывшее руководство внешнеполитического ведомства свело свое деятельность к перебранкам с Москвой и носящим сугубо ритуальный характер евроатлантическим заклинаниям.

Особую вызов, как отмечалось выше, для Виктора Януковича в силу энергозатратности украинской экономики приобретает проблема ценообразования на энергоносители, при этом, как уже отмечалось выше в целом, «…в вопросе цен на газ и на его транзит Янукович, которого считают пророссийским политиком, настроен гораздо более жестко, чем Тимошенко. Именно лидер ПР неоднократно критикует премьер-министра за неумение (или нежелание?) добиться у Москвы приемлемых цен. Янукович заявляет, что сейчас Украина платит за газ слишком дорого, а Россия, напротив, недоплачивает за транзит. В случае прихода к власти он обещает исправить ситуацию, сбив цену на российский газ «до белорусского уровня или почти до этого уровня». Едва ли у переговорщиков из «Газпрома» такая позиция вызовет восторг»20.

Конечно, в имеющихся здесь трениях можно было бы увидеть отголоски того, что политическая линия «регионалов» формируется под влиянием газотрейдера «РосУкрэнерго» Дмитрия Фирташа, с одной стороны, утратившего кредит в Москве, а с другой, - являющегося противником Ю. Тимошенко. Однако, на самом деле, ситуация здесь представляется намного более сложной.

Так, например, согласно данным, приведенным в одном из наиболее информированных украинских изданий, в последнее время между руководством ПР и «РосУкрэнерго» отношения складываются отнюдь не самым простым образом, Утверждается, что, возможно, проблемы возникли из-за невыполнения обязательств «относительно лоббирования бизнесовых интересов Дмитрия Фирташа после отстранения подконтрольного ему «РУЭ» от процесса поставок российского газа в Украину»21.

Так это или нет, но в любом случае и совершенно независимо от вопроса о РУЭ необходимо признать: на постсоветском пространстве существует объективное напряжение в интересах между такими добытчиками газа и нефти, как Россия и Казахстан, с одной стороны, и такими потребителями энергоресурсов, как Украина и Белоруссия, с другой.

Ситуация усугубляется в условиях мирового экономического кризиса, нанесшего особенно ощутимый удар по индустриальному сектору украинской экономики, чьим лоббистом является Партия регионов. Достаточно сказать, что падение промышленного производства в 2009 году составило 21,9%, отбросив страну в «мрачные девяностые» и нанеся колоссальный удар по традиционным украинским отраслям – металлургии, химической промышленности и машиностроению. Драматизм сложившегося положения дал обозревателям основания для вывода: «становится очевидным, что дальнейшая финансовая устойчивость всей украинской экономики напрямую зависит от одного весьма политического условия. А именно: удастся ли новой власти уговорить «Газпром» на более мягкую ценовую политику по отношению к Украине или же ее удовлетворят соглашения, которые были подписаны ныне действующим правительством»22. Отличающаяся энергозатратностью украинская экономика рано или поздно может не выдержать постоянного повышения цен, и тогда окажется, что энергоносители продавать на этом рынке просто будет некому.

Напомним здесь еще раз позицию Виктора Януковича: «Контракт на поставку газа между НАК «Нефтегаз Украины» и «Газпромом» от 19 января 2009 года крайне невыгоден для Украины. Это касается и увеличения стоимости газа, и предоплаты, и штрафных санкций за недобор или перебор газа, и запрета на реэкспорт газа, и допуска на внутренний рынок российского посредника, который имеет право поставлять 25% газа промышленным потребителям. Повышение цены на голубое топливо на 20% в наступившем 2010 году сделает наши отечественные предприятия неконкурентоспособными, потому что в себестоимости продукции, которую они выпускают, есть огромная энергетическая, газовая составляющая. Мы подсчитали: если цена на газ на границе с Украиной будет 300 долларов, то цена для потребителя будет около 400 долларов. Это недопустимо! Мы так с Россией не договаривались.

Еще в 2008 году цена на газ была 185 долларов, и адаптационный период перехода Украины на европейские цены должен был продолжаться не меньше чем до 2012 года. К сожалению, на заседании межправительственной комиссии Украина—Россия в Ялте мы услышали, что это повышение будет уже в нынешнем 2010 году. Поэтому нужно садиться за стол переговоров с нашими партнерами и договариваться, чтобы прийти к партнерскому соглашению и найти возможность выйти, в конце концов, на нормальные цены. Это первое»23.

Конечно, определение ценовой политики на энергоносители является святым правом и сугубо суверенным делом России, которая, естественно, заинтересована, прежде всего, в пополнении собственного бюджета, особенно в условиях экономического кризиса, и которая за счет низких цен на газ длительное время фактически субсидировала экономику Украины без следов наименьшей благодарности со стороны политикума последней. С этой точки зрения российские авторы, отстаивающие отказ от преференциальной политики цен, по-купечески рачительно отмечают, что «активность «Газпрома» привела к существенному увеличению выручки от реализации газа, росту налоговых поступлений в бюджет. За период 2005-2007 годов средневзвешенная цена российского газа природного для стран СНГ и Балтии возросла в 2,3 раза, для дальнего зарубежья – в 1,4 раза. Основные причины повышения цен заключаются, во-первых, во взятом Россией курсе на сближение внутренних цен на энергоносители с мировыми, которые растут под влиянием повышения цен на нефть, во-вторых, в стремлении России присоединиться к ВТО. Наконец, Россия не может финансировать государства, проводящие линию на вступление в военно-политическую организацию НАТО. Эти обстоятельства вынудили нашу страну пересмотреть преференциальный режим цен на газ в экспорте в страны СНГ, прежде всего с прозападной ориентацией»24.

Однако, схожая ситуация, хотя и в меньших масштабах повышения цен, возникла и в отношении Беларуси, являющейся, как-никак, членом «Союзного государства». Один из российских либеральных экономистов-»антипреференциалистов», ведущих борьбу со скидками в торговле, следующим образом отозвался о политике в отношении этой страны: «В принципе Россия вполне может позволить себе субсидировать соседа. Но надо четко понимать, за что платится эта цена. Ну зачем нам нужно терять доходы? Мы уже несколько лет ведем политику перехода на рыночные тарифы на энергоносители со всеми странами СНГ, и непонятно, почему Белоруссия должна оставаться в стороне»25.

Отметим в данном отношении, что такого рода «антипрефернциалистская» риторика была свойственна неолиберальным экономистам и в конце 80-ых – начале 90-ых годов прошлого столетия, когда обосновывалась необходимость отказа Советского Союза от антирыночного субсидирования «братских» клиентских режимов в Восточной Европе, Афганистане, Мозамбике, Северной Корее, Анголе. Эфиопии и т.д. При этом в условиях тогдашнего явного «имперского перенапряжения сил» и надвигающегося коллапса советской экономической модели никто не мог позволить себе рассуждения на тему того, что, дескать, «в принципе можно позволить себе субсидировать» те или иные режимы.

Правда, вслед за сворачиванием такого рода субсидий и казнью талибами Мухаммеда Наджибуллы оказалось, что та изматывающая и изнуряющая борьба («большая игра»), которая велась своими или чужими руками в Гиндукуше и африканской саванне не прекратилась полностью, но была перенесена на некие гораздо более близкие рубежи, например, на Кавказ. А средства, ранее инвестировавшиеся в развитие социально-экономической инфраструктуры того же Афганистана, были перенаправлены на некие иные цели – например, на приобретение недвижимости на Лазурном берегу для представителей новых экономических элит, сформировавшихся в 90-ые годы прошлого столетия. Изначальная же уязвимость тогдашнего «антипреференциализма», хотя он и носил в значительной степени вынужденный характер, с этой точки зрения состояла в игнорировании того обстоятельства, что крупные государственные структуры, унаследовавшие к тому же статус и обязательства великих держав, вряд ли могут позволить себе полностью перенять логику купеческой рачительности, отказываясь от поддержки лояльных себе внешних сил.

В целом создается впечатление, что нынешний антипреференциализм имеет две составляющие. Во-первых, «прагматическую», связанную с понятным стремлением российских правящих кругов увеличить доходы собственного бюджета и создать условия для экспансии своего капитала на внешние рынки. И, во-вторых, «идеологическую», уходящую корнями в советский и постсоветсткий ласеферизм начала 90-ых годов ХХ ст. и связанную с безоговорочной верой неолиберальных экономистов в «невидимую руку рынка» и убежденностью в то, что стоит только избавиться от экономических субсидий «всяким там африканцам», как на собственную страну польется дождь изобилия.

Главным аргументом в пользу «антипреференциалистов» является то, что они экономят средства для бюджета своей страны. Однако в то же время в упрек противникам скидок может быть поставлено резкое сужение инструментария, снижение флексибельности и пространства для маневра во взаимодействии с теми или иными странами в случае изменения политической ситуации. Ведь согласие на скидки может сопровождать достижение тех или иных компромиссных договоренностей между теми или иными государственными сторонами.

Еще одним аргументом «антипреференциалистов» могут служить ссылки на то, что ни одна страна с рыночной экономикой, особенно западная, никогда не согласится на торговлю своими ресурсами себе со скидками, уменьшая, таким образом, собственные доходы. Мол, поскольку такого рода субсидированием никогда бы не стали заниматься на Западе, торгуй они нефтью и газом, то, соответственно, и другим такой в высшей степени затратный подход заказан.

Однако при этом не учитывается ряд весьма значимых, как нам представляется, обстоятельств. Во-первых, евроатлантические силы, в отличие от располагающей гораздо менее широкими здесь возможностями российской стороны, на протяжении длительного времени усиленно и достаточно успешно «работают» с элитами, чиновниками, бизнесом и обществом на постсоветском пространстве, направляя значительные средства на «неправительственные организации» и техническую помощь государственному аппарату. При этом они выполняют роль инстанции, контролирующей и направляющий модернизационные перемены, ограничивая своих российских конкурентов сугубо консервативной ролью защитника статус-кво, которые взаимодействуют лишь с первыми лицами тех или иных стран, но не с их общественно наиболее активными слоями в целом.

История с признанием Абхазии и Южной Осетии свидетельствует о том, что на сегодня российской стороне легче заручиться поддержкой партнеров в Латинской Америке, чем на постсоветском пространстве. Следует признать, что несмотря на значимое общее повышение престижа российской государственности на протяжении последних лет, остается в силе вывод, согласно которому Москва располагает более действенным внешнеполитическим инструментарием в своем «дальнем», чем «ближнем» зарубежье, где она сталкивается с дефицитом союзнических отношений.

Во-вторых, национально-государственные интересы евроатлантических стран и интересы их бизнеса на постсоветском пространстве обычно совпадают, что далеко не всегда можно сказать о российской стороне. Бросалось в глаза, что вопреки той поддержке, которую официальные инстанции оказывали на президентских выборах 2004 года Виктору Януковичу, ряд российских финансово-промышленных групп (не говоря уже об «опальном олигархе, ныне проживающем в Лондоне») проявлял явные симпатии к «оранжевому» лагерю в расчете на дальнейшее перераспределение собственности в «послереволюционный» период.

При этом российский бизнес на постсоветском пространстве иногда выполняет функция проводника влияния транснациональных компаний. В этом отношении украинские СМИ отметили роль группы «Альфа», чьим партнером в свое время оказался американско-швейцарский банк «Credit Suisse». При этом «с помощью западных кредитов «Альфа-банк» активно скупал предприятия, в том числе и в Украине, где им приобретен самый привлекательный из здешних нефтеперерабатывающих заводов – Лисичанский»26. Любопытно, что представитель группы «Альфа» оказался в 2002 году в составе Верховной Рады Украины по спискам «Нашей Украины» Виктора Ющенко.

Впрочем, справедливости ради необходимо признать, что исторически в силу полупепериферийного в терминологии И.Валлерстайна характера российского капитализма такого рода тенденции наблюдаются не впервые. Так, например, как известно, на плечах России (исполнявшей в данном случае функцию, «полупроводника» европейского влияния) в конце XIX - начале ХХ ст. в сферу добычи нефти в Каспийском регионе, активно вошел западный капитал - предприятия Нобилей, Ротшильдов, «Royal Dutch/Shell» Г. Детердинга.

В-третьих, - что имеет особую значимость, - евроатлантические силы располагают не только большими финансовыми возможностями, но и иным качеством престижа, заставляющим руководителей множества стран «выстраиваться в очередь» в НАТО, но не в ОДКБ. Несколько лет назад Аксель Окенфельс (Кельнский университет), удостоенный премии имени Лейбница за свою критику теорий «homo oeconomicus», в противовес представлениям неолиберальных экономистов отметил, что поведение индивидов диктуется на самом деле не столько рационально-эгоистической калькуляцией денежных доходов и издержек, сколько борьбой за статус в обществе («да, люди были и остаются эгоистичными. Но у каждого из них собственный эгоизм. При этом главное, что интересует людей, - вовсе не блага, а статус в обществе»). То же самое можно сказать и о национально-государственных субъектах и руководящих ими элитах. В их поведении соображения борьбы за статус и престиж, а соответственно, за принадлежность к наиболее престижным внешним сообществам, зачастую приобретает большее значение, чем непосредственная экономическая выгода.

Это обстоятельство, кстати, во многом объясняет мотивацию Виктора Ющенко и «оранжевого» политического сообщества в целом, отрицавших диалог с Москвой в тех вопросах, которые отвечают национальным экономическим интересам Украины, и стремившихся под прикрытием риторики «цивилизационного выбора» буквально любой ценой и игнорируя какие-либо рациональные аргументы, прорваться в статусные клубы (НАТО, ЕС, ВТО – безразлично), в которые не имеет доступа Россия. При этом не имело значение то, что вступление в Североатлантический Альянс решительно не приемлет общественное мнение страны, что Европейский Союз приостановил территориальную экспансию на Восток, и что присоединение к ВТО можно осуществлять лишь после длительных переговоров, преследующих цель защиты интересов национальных предприятий. Конечно, действия команды В. Ющенко с этой точки зрения являют собою явную аномалию в силу полного игнорирования ею любых реалистических подходов, но они по-своему показательны в качестве некоей крайней модели, объясняющей действия элит на постсоветском пространстве.

Как нам представляется, в условиях, когда евроатлантические силы, несмотря на нынешний спад «цветной» волны, располагают на постсоветском пространстве весьма значимым материальным и символическим капиталом, которым не владеют их конкуренты, вопрос о преференциях в торговле энергоносителями, может сыграть важную роль в диалоге с той частью украинского правящего класса, для которой вопрос цен на газ имеет жизненно важное значение, которая стремится к поиску оптимального баланса во взаимоотношениях Украины с Москвой, Брюсселем и Вашингтоном, и которая ориентирована в большей степени на обеспечение прагматических интересов национальной металлургии, химической промышленности и машиностроения, чем на какие-либо иные, в особенности идеалистические и статусные мотивы. Преференции могут сыграть роль компенсатора тех конкурентных преимуществ, которыми в «большой Игре» на постсоветском пространстве располагают конкуренты России. По всей видимости, готовность лидера ПР (в случае, если он будет избран президентом и сможет в длительной перспективе удерживать власть) к проведению сбалансированной внешней политики, учету интересов и России, и Запада, открывает возможности для достижения компромиссных договоренностей по самого широкому кругу внешнеполитических вопросов, представляющих взаимный интерес для Москвы и Киева. Впрочем, в последние годы и со стороны Ю. Тимошенко также усилилось движение в сторону сбалансированных подходов во внешней политике. Напротив, конфликт между Украиной и Россией уже после смены главы государства оказал бы крайне отрицательное влияние на общую ситуацию на постсоветском пространстве и привел к деморализации тех широких слоев украинских избирателей, которые желают жить с Россией в полном мире. В любом случае хороший торг всегда уместен. А в политике он еще более уместен, чем в экономике.


* Впервые опубликовано на сайте Международного экспертного центра избирательных систем /ICES/ - www.elections-ices.org/files/publications/3149.pdf

1 Симончук О. Робітничий клас: динаміка структури, самооцінок, орієнтацій //Українське суспільство 1994 – 2004. Моніторинг соціальних змін. – К.: ІС НАНУ, 2004. – С.26-36.

2 Палій О. Навіщо порізно програвати, коли спільна перемога - реальна? // www.pravda.com.ua/columns/4b4494b7ccfd3/

3 Р. Ахметов считает, что выборы – это «тест на демократию для власти» // http://rus.newsru.ua/ukraine/17jan2010/akhmetov.html

4 Янукович В. Все сказки и мифы обо мне уже не работают // http://kp.ua/daily/070110/209171

5 Янукович считает вопрос вступления Украины в НАТО неактуальным // www.rian.ru/politics/20100112/204087907.html

6 Янукович В. Все сказки и мифы обо мне уже не работают // http://kp.ua/daily/070110/209171

7 Внешнеполитические заявления Януковича // www.analitik.org.ua/current-comment/ext/4b5447bb75892

8 Толстов С. Внешнеполитические заявления основных кандидатов на будущих президентских выборах 2010 года // www.analitik.org.ua/author/4ac9ef4d8448a/

9 Янукович понимает Путина… // www.rosbalt.ru/2009/11/24/691296.html

10 Янукович: «Я – приклад переслідувань» // www.bbc.co.uk/ukrainian/ukraine/2009/11/091123_yanukovych_ie_is.shtml

11 В «Газпроме» боятся, что новый президент изменит газовые контракты и уже принимают меры // http://rus.newsru.ua/finance/13jan2010/strawno.html

12 Янукович В. Все сказки и мифы обо мне уже не работают // http://kp.ua/daily/070110/209171

13 Идее Януковича порадовались в Газпроме. Возможен белорусский вариант? // www.pravda.com.ua/news/4b59656833480

14 Внешнеполитические заявления Януковича // www.analitik.org.ua/current-comment/ext/4b5447bb75892/

15 Янукович считает, что Европа устала от газовых войн и перепалки Киева с РФ // www.unian.net/rus/news/news-348121.html

16 Янукович готов поддержать инициативу Медведева-Саркози // www.unian.net/rus/news/news-348121.html

17 Концепция внешней политики Российской Федерации // www.mid.ru

18 Денисенко Л. Зачем Прутнику «дорожка на Запад» // www.2000.net.ua/print?a=%2Fa%2F65798

19 Напомним здесь слова Л. Кучмы: «В Польше, Венгрии, Чехии предприятия продавались за деньги, и многие из них были куплены иностранцами. Это вроде бы плюс: казна получила деньги, предприятия - инвестиции. Но плюс этот - краткосрочный (уже, кстати, исчерпавший себя). Значительная часть производств (в их числе и высокотехнологичные, например, в сфере ВПК) в этих странах утрачена - предприятия перепрофилированы либо вообще закрыты. Некоторые и выкупались-то иностранцами с целью избавиться таким простым способом от конкурента. Сейчас эти государства участвуют в европейском разделении труда во многом в ранге «младших» - там размещаются сборочные производства. А ведь политическая самостоятельность страны во многом зависит от того, кто контролирует ее экономику. Украина же, как и Россия, избрала иной путь приватизации. Объекты в основном достались отечественному бизнесу. Соответственно у наших стран больший потенциал самостоятельности. При всех издержках и потерях 90-х годов у нас были сохранены высокотехнологичные отрасли - оборонка, ракетостроение, авиация. В этом я вижу будущее Украины» // Л. Кучма «После Майдана». - www.vremya.ru/2007/71/13/176787.html

20 Мова газа. Что обещают Украине Янукович и Тимошенко // Известия в Украине. - № 3-4. – 2010. – С. 1-2.

21 Бурлаченко С. Полицейское государство // www.2000.net.ua/a/65797?pcomm=1

22 Лукашин Ю. Деиндустриализация всей страны // www.2000.net.ua/b/66003

23 Янукович В. Мечта моей жизни – построить сильную Украину // www. anukovych.com.ua/news-11983.html

24 Кудряшев А., Чернышев В. Новая ценовая политика России в экспорте газа в страны СНГ // http://ilts.ru/cgi-bin/eng.pl?id=614&type=31

25 Мау В. Что в конце концов надоело Москве // www.ane.ru/intervyu/chto-v-konce-koncov-nadoelo-moskve.html

26 Петренко А. Кто контролирует кредит – тот правит миром // http://blogs.pravda.com.ua/authors/petrenko/4b61458f61938/












Copyright © 2002-2012 Киевский центр политических исследований и конфликтологии
Copyright © 2002-2012 Центр эффективной политики

При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна.






bigmir)net TOP 100