Перейти на главную страницу





главная страница | наши сотрудники | фотобанк | контакт
 



  Цели и задачи Центра  
  Текущий комментарий  
  Тема  
  Автор дня  
  Социология и политика  

  Аналитика  
  Социологические исследования  
  Публикации и интервью  
  Новости  


Русский язык в Украине – без эмоций

[18.09.10]

Авторы дня - Погребинский Михаил, Белецкий Михаил, Большов Евгений, Кирюхин Денис, Толпыго Алексей (Киевский центр политических исследований и конфликтологии)

Законопроект о языках (фактически, если говорить честно – о статусе русского языка), внесенный тремя влиятельными депутатами правящей коалиции, дал спорам, которые и без того были достаточно жаркими, новый импульс. Каково, в действительности, положение русского языка в стране; каковы его проблемы, надо ли их считать реальными или надуманными? Избегая вступать в спор, мы хотим представить некоторые результаты проведенного нами комплексного исследования. Мы надеемся, что статья даст и той, и другой стороне аргументы, основанные не на эмоциях, а на установленных фактах. Подчеркнем, что мы по мере сил стремились избегать участия в идеологической полемике между приверженцами «украинизации» и их противниками, а также вмешательства в политические дебаты по поводу нового языкового закона. Наша позиция обусловлена не заранее заданными идеологическим образом «правильной» Украины, а результатами исследований, фиксирующих основные тенденции в развитии языковой ситуации в нашей стране. Лишь на их основе формулируются определенные рекомендации, поскольку авторы считают категорически неприемлемым, когда в языковые споры вторгаются лица, не имеющие серьезного опыта проведения социальных исследований, а судящие лишь на основе собственных этнополитических или языковых предпочтений в пользу одного или другого языка.

Данная статья базируется на результатах исследовательского проекта, реализованного Киевским центром политических исследований и конфликтологии, посвященного изучению языковой ситуации в Украине, который состоял из двух компонентов: анализа законодательства и социологического исследования. Для реализации второго компонента в 2009 году были проведены опросы 1200 жителей Украины, исследование 1547 выпускников школ, экспертные интервью с судьями, учителями, медиа-менеджерами (с помощью Киевского международного института социологии) для изучения языковой ситуации, а также опрос 1200 жителей Украины, посвященным языковым проблема в образовании (с помощью Центра социальных и политических исследований СОЦИС). Кроме того, использованы данные статистики. Исследовательский проект осуществлялся в рамках гранта Фонда ′Русский мир′. По результатам проекта нами выпущены две книги: ′Русский язык в Украине. Законодательство′ и ′Русский язык в Украине. Социология и статистика′.

1. Начнем с самого естественного вопроса: какова, на самом деле, языковая ситуация в нашей стране, и как она менялась за годы независимости? При анализе языковой ситуации в Украине, как в научных статьях, так и в политических дискуссиях, в качестве одного из основных источников данных и аргументов обычно приводятся результаты переписи 2001 года. Заметим, что в ней измерение языковой ситуации было осуществлено методически некорректно. Данные любой переписи и трактовка ее материалов не только отражают реальность, но и являются средством конструирования этой реальности. В данном случае это выразилось в том, что языковая ситуация в переписи измерялась единственным вопросом о том, какой язык является родным для респондента. 67,5% украинцев назвали своим родным языком украинский, 29,6% – русский, другие языки – 2,6%. Очевидно, что такой «простой» способ языковой идентификации полностью соответствует поговорке «простота - хуже воровства». Процитируем профессора Николая Шульгу, который обращает внимание на крайнюю неоднозначность самого понятия «родного языка»: «Заполняя опросный лист переписи, люди подразумевали, как мы убедились, совершенно разные вещи. На вопрос “Как вы считаете, что такое родной язык?” более трети (34%) опрошенных ответили, что “это язык, на котором я думаю и могу свободно общаться”. Почти столько же (32%) заявили, что это “язык национальности, к которой я принадлежу”. Еще 24% респондентов считают, что родной язык – “это язык, на котором говорили мои родители”. По мнению 8% ответивших, родным языком является тот, “на котором я говорю наиболее часто». Очевидно, вопрос о родном языке измеряет совершенно разные вещи у разных людей, а значит – не измеряет ничего. Для примера, в нашем исследовании, если русский назвали «родным» 29,6% украинцев, то «удобным» (на котором легче всего говорить) - 42,5%. Здесь уместно привести данные Киевского международного института социологии, который, начиная с 1991 года, с помощью специально разработанной методики отслеживает динамику выбора предпочтительного для респондентов языка во время проведения массовых опросов.

1991-1994 1995-1999 2000-2003 2004 2005 2006 2007 2008
Украинский 44 49 48 46 48 47 47 46
Русский 56 51 52 54 52 53 53 54

Итак, на протяжении 17 лет независимости доля украинцев, выбирающих украинский язык, ни разу не превысила 50%, а доля выбирающих русский всегда была выше 50%. О чём говорят эти данные? Как минимум о том, что распространённость украинского и русского языков примерно одинаковы и ссылки на данные переписи 2001 года при формировании языковой политики не вполне корректны. Обращает на себя внимание тот факт, что структура языковых предпочтений граждан Украины за все эти годы практически не менялась (несмотря на усилия властей по вытеснению русского языка). Иными словами – механизмы, обеспечивающие стабильность и воспроизводство языкового баланса оказались значительно более мощными, чем усилия политиков изменить этот баланс.

2. Если фактическое использование языков изменилось мало, то этого нельзя сказать о ситуации в правовой сфере. В результате проводимой государством языковой политики изменились возможности использования языков практически во всех сферах общественной жизни. Особенно заметно это в сфере образования. Все годы независимости доля учащихся украиноязычных школ неуклонно возрастала, доля русскоязычных, соответственно, сокращалась (см. График).

Доля учащихся украиноязычных школ повысилась с 45% до 82,7%, доля русскоязычных понизилась с 54% до 17,7%. Последняя цифра существенно меньше доли тех, кто назвал русский язык родным (29,6%), но сопоставим с долей этнических русских. Доля обучающихся по-русски, как мы видим, понизилась в три раза, до 17,7%. Эта цифра много меньше, чем процент тех, кто назвал русский язык родным (29,6%), но сопоставима с долей этнических русских (17,3%) - обе цифры по переписи 2001 года, хотя о качестве этих данных мы уже говорили выше. Это позволяет официальным представителям Украины демонстрировать его как пример справедливой языковой политики. Однако даже если принять за основу этнический критерий, то картина не становится более справедливой.

1990-95 1998 2000 2003-4
Вся Украина 54 34,4 28,9 23,9
Запад-Центр (17 регионов) 39,5 8,5 4,6 2,7
Юго-Восток (10 регионов) 77,5 65,7 60 50,5

Видно, что процесс сокращения числа русскоязычных школ все эти годы шел более или менее равномерно по всей Украине, как Западной, так и Восточной. Между 2004 и 2008 годами доля русскоязычных школ продолжала уменьшаться. Если рассмотреть ситуацию по областям, то окажется, что есть 9 регионов (все – Юго-Восток), где доля русскоязычных школ все еще достаточно высока (как минимум - 16%), еще две области (Николаевская и Сумская), где он находится между 4 и 9 процентами, тогда как во всех остальных доля русских школ ничтожна и в несколько раз меньше, чем доля этнических русских (не говоря уж о доле русскоязычных). В 16 западных и центральных областях Украины работает 26 русских школ, что составляет 0,2 % от их общего числа в регионе. В Ровно ещё в 1996 г. были закрыты все русские школы, вместо которых было создано несколько классов с русским языком обучения. Таким образом, более или менее «равновесные» показатели достигаются за счёт регионов Востока и Юга. В большинстве же регионов, в том числе в столичном Киеве, русский язык вытеснен из системы среднего образования почти полностью. Так, в трехмиллионном Киеве, который как минимум наполовину русскоязычен, в 2006/07 учебном году действовали всего 7 русскоязычных школ. Для сравнения, в Латвии, все население которой составляет 2,4 млн. человек, действует 150 школ с русским языком обучения. Между тем, результаты исследований показывают, что подавляющее большинство (более 2/3) жителей Украины придерживаются мнения, что желающим должны быть обеспечена возможность получения среднего образования на русском языке (см. табл. А). Причём это мнение разделяет и половина тех, кто сами предпочитают общаться на украинском (при 40%, придерживающихся противоположной точки зрения).

Особо следует сказать об изучении русского языка и литературы. Более 60% опрошенных считают, что русский язык и русская литература должны в обязательном порядке изучаться (в украиноязычных школах; о русскоязычных вопрос, естественно, не стоит) как отдельные предметы, еще 33% считают, что их нужно изучать, как факультативные предметы, для желающих, и всего 3% заявили, что нет надобности в их отдельном изучении.

3. Можно ли говорить о дискриминации русскоязычных граждан Украины? Говоря объективно – да, государственная дискриминация существует, поскольку государственная политика нарушает права и свободы русскоязычных граждан в тех сферах, в которых государство регламентирует употребление языков. Так, эта политика направлена на ликвидацию русских школ (что практически уже достигнуто в Западной и Центральной Украине), на значительное снижение доли русского языка в теле - и радиоэфире; делаются попытки ограничить ввоз русскоязычной литературы в Украину и т.п. С другой стороны, в субъективном отношении, дискриминация переживается как несправедливость, совершенная по отношению к личности. По данным исследования, подавляющее большинство (84,6%) опрошенных заявили, что им не приходилось сталкиваться с нарушением их прав и интересов, связанных с языком общения, за последние пять лет, и только 13,4% сказали, что им приходилось довольно часто (5,3 %) или редко (8,1%) сталкиваться с подобным. Заметим, что подавляющее большинство (76,4%) из тех, кому доводилось сталкиваться с нарушением их прав и интересов, связанных с языком общения, – русскоязычные, и почти 70% – жители юго-восточной Украины. Как видим, дискриминированными считают себя лишь относительно небольшой процент граждан. Объяснить это можно совокупностью нескольких факторов. С одной стороны, тем, что «суровость законов смягчается необязательностью их исполнения», и этот фактор, действовавший еще в царской России, продолжает действовать и сегодня на постсоветском пространстве. (К примеру, законодательство практически запрещает использование русского языка в судебной сфере, однако фактически судебные процессы, как показали наши исследования, практически всегда и всюду идут на языке, удобном участникам процесса). С другой стороны, значительная часть русскоязычных украинцев либо принимает, либо даже одобряет украинизацию: ««...Мы же всё-таки живем на Украине и дети должны знать материал на родном языке» (из интервью). По данным Центра Разумкова, абсолютное большинство (86%) русскоязычных граждан воспринимают Украину как свою Родину, а подавляющее большинство (72%) — полностью или скорее являются ее патриотами. Поэтому русскоязычное население принимает требование владеть украинским языком как справедливое и, соответственно, зачастую не рассматривает ситуации, ограничивающие либо вообще отменяющие право выбора языка образования, языка официального общения и т.п., как дискриминирующие. Вообще есть основания говорить о высоком уровне толерантности украинского народа (как русско-, так и украиноязычных граждан), резко контрастирующем с непримиримостью, нетерпимостью украинских политиков и представителей гуманитарной интеллигенции).

4. Основой общественного компромисса в языковом вопросе, как он вырисовывается на основании ответов респондентов, является отказ властей от насильственного навязывания гражданам той или иной модели языкового поведения. Так, 50,6% опрошенных высказались за то, чтобы в каждом населенном пункте было достаточно школ, как с русским, так и с украинским языком преподавания, чтобы родители сами могли выбирать, в школу с каким языком преподавания им отдавать ребенка (сторонниками полной украинизации образовательного процесса является 17,8%). Или другой пример: 75% считает, что часть сеансов зарубежных фильмов в каждом кинотеатре должна идти с украинским дубляжем, часть с русским, чтобы зритель сам выбирал (за полную украинизацию кинопроката выступает 14%). Показательно, что большая часть украинцев считает, что государство должно обеспечить русскоязычным гражданам возможность получать образование, смотреть общенациональные каналы, читать газеты и журналы, общаться с чиновниками на русском языке. Расходятся во мнении лишь в том, должна ли эта возможность предоставляться на территории всей Украины, либо только в тех областях, где население этого желает. В частности, 45,3% опрошенных считают, что право на получение образования на русском языке должно предоставляться на всей территории Украины, 38,3% – только в тех областях, где большинство населения этого желает, и лишь 9,8% против такого права. Равным образом 51% опрошенных считают, что возможность смотреть общенациональные телеканалы на русском языке должна быть обеспе¬чена на всей территории Украины, 35% – только в тех областях, где этого же¬лает большинство населения. Против высказалось 9% опрошенных. Наконец, 43% считают необходимым обеспечить русскоязычным гражданам возможность общаться на русском языке с чиновниками, в отдельных областях – 34%. «Против» высказались 17%.

5. Выше речь шла о толерантности украинцев по отношению к русскоязычным. Но мы вправе сказать, что справедливо и обратное: русскоязычная группа отнюдь не является каким-то «монолитом», непримиримо настроенным против украинизации. Напротив. Проведенное исследование продемонстрировало неоднородность русскоязычной группы. В ней действительно можно четко выделить сегмент тех, кто крайне негативно оценивает языковую политику, направленную на расширение сферы применения украинского языка прежде всего за счет вытеснения русского, отдает предпочтение русскому языку при просмотре телепрограмм и фильмов, чтении газет, выборе языка обучения школы для своих детей. Но с другой стороны, есть довольно заметный сегмент русскоязычных граждан, кто более лояльно относится к политике украинизации и не против того, чтобы их дети учились в школе с украинским языком обучения. В сегмент русскоязычных, которые лояльно (или, если угодно, конформистски) относится к украинизации, входят преимущественно те, кто а) является русскоязычным моноэтническим украинцам; б) ориентируется на этнокультурную национальную идентичность и вследствие этого воспринимает свою русскоязычность, скорее, как недостаток. При этом данный сегмент граждан в подавляющем большинстве выступает против политики «жесткой» украинизации, предполагающей полное вытеснение русского языка. Они против того, чтобы им самим запрещали использовать тот язык, на котором им удобнее всего говорить — русский язык, но не видят проблемы (а в ряде случаев и напрямую этого желают), чтобы их дети были украинизированы.

6. В чем, в действительности, состоят проблемы русского языка?

Политики пишут о проблемах языка: одни – о проблемах русского языка, другие – о проблемах украинского. Правильнее, разумеется, говорить не о проблемах языка (у языка проблем нет и быть не может), а о проблемах тех, кто этим языком пользуется. Но с этой оговоркой можно сказать, что в немалой степени правы те и другие политики: проблемы действительно есть, но в отношении разных языков они различны. Проблемы украиноязычных состоят, прежде всего, в том, что украинский язык фактически занимает слабые позиции в ряде сфер общественной жизни, и прежде всего, пожалуй, в сфере культуры. Фактически украинский язык по-прежнему сильно «проигрывает» русскому в книгоиздании и (что намного важнее) в «книгочтении». И дело не в том, что украиноязычных книг издается мало (их довольно много), а в том, что их не очень охотно читают. К примеру, по официальным данным, в 2004 году в стране вышло около 9 тысяч изданий на украинском языке и 4 тысячи на русском; в 2008 году обе цифры выросли, но по-разному: число украинских изданий почти удвоилось (16 тыс.), а русских выросло только на треть (5,7 тыс.). Однако по тиражам преимущество украиноязычных книг не столь значительно: суммарный тираж составлял, соответственно 32 и 22 миллиона. Иначе говоря, русскоязычные книги выходят бОльшими тиражами, и говорит это о том, что они более востребованы читателем («только на русском» читают художественную литературу 42% опрошенных, «только на украинском» - 12%). А ведь надо помнить и о том, что русскоязычный читатель удовлетворяет свой спрос еще и за счет огромного потока книг из России. Проблемы русского языка, главным образом, в юридической сфере, в законодательстве, ограничивающем использование русского языка и, в особенности, в проблемах образования, что существенно ограничивает доступ подрастающего поколения к высокой русской и мировой культуре, как бы не относиться к выдающейся украинской школе художественного перевода.

7. Выше говорилось о том, что распространённость украинского и русского языков примерно одинакова. Вот ещё данные, подтверждающие это: 43% легче говорить на русском, 40% - на украинском, 16% - одинаково удобно использовать оба языка. В наименее административно регулируемой ситуации – общении с супругом (ой) 45% преимущественно используют украинский язык, 44% - преимущественно русский. Но если численность двух языковых общин примерно одинакова, то их политический и социальный капитал, инструменты и потенциал влияния на языковую ситуацию в стране, возможность отстаивать свои языковые права, различны. (Во всяком случае – так было до последнего времени). Украиноязычные «действуют» политическими методами – через представляющих их интересы активных политиков, русскоязычные – через механизм рынка. Мы зафиксировали такие важные различия между языковыми группами: русскоязычные намного более урбанизированы – в селах их проживают только 13%, тогда как среди украиноязычных – каждый второй (53%). Конечно, это связано с региональными особенностями расселения русо- и украинофонов: первые живут в основном на городском Юго-Востоке, вторые – в более сельском Центре и Западе. Значительны отличия в уровне образования: среди русскоязычных почти каждый третий (31%) имеет высшее образование, среди украиноязычных таких меньше – 20%. Ситуация с потребление печатных масс-медиа и книг очень хорошо демонстрирует разные возможности двух языковых общин. Более высокий уровень образования и проживание в урбанизированных регионах приводит к тому, что русскоязычное сообщество более платежеспособно, а значит - является более привлекательным рынком для издателей. Это не устраивает издателей украиноязычной прессы и политиков, ориентированных на защиту украинского языка. Однако, они не вполне осознают реальные причины рыночной неудачи украиноязычных изданий. Из уст политиков и издателей звучали даже обвинения в адрес компаний, измеряющая рейтинги печатных СМИ в заведомом искажении данных опросов, в ходе которых якобы не фиксируются ответы украиноязычных респондентов, а в списке для опроса нет украиноязычных изданий. Причина же, не в ошибках или сознательном искажении результатов, а в отличиях двух языковых сообществ, рыночной логике и особенностях потребления информации украинофонами, сформированным еще в детстве. Исследование продемонстрировало, что если русскоязычные в подавляющем большинстве предпочитают читать книги, смотреть фильмы и т.д. на русском языке, то для части украиноязычных не принципиален язык потребления информации или же даже более удобен русский язык. Такой, казалось бы, парадоксальный результат связан с тем, что, как показывают ответы украиноязычных, в детстве значительная часть из них читала книги, смотрела фильмы и т.д. как на украинском, так и на русском языке. Что и закрепилось как паттерн работы с информацией. Модель, в которой русскоязычные плюс часть украиноязычных выбирают русскоязычные книги, журналы и газеты, делает украиноязычные издания неконкурентноспособными. И именно ситуация с потреблением книг и прессы является хорошим примером того, как государство, заботься оно о реальных правах украиноязычных, могло бы сильно изменить ситуацию (например, введя налоговые каникулы для новых украиноязычных журналов, скажем лет на 5, у специалистов есть предложения как помочь украинской книге).

8. В целом можно сказать, что проблема русского языка в Украине сильно политизирована и идеологизирована, т. е. привязана к определённой политической идее. Политики противоположных направлений, озабоченные навязчивой идеей или мобилизацией электората, формируют и поддерживают противостояние «свой – чужой», при котором отношение к русскому языку приобретает роль маркера, в частности, в плане регионального разделения. Подобная политизация препятствует поискам цивилизованного и приемлемого для всех компромиссного решения языковых проблем в Украине. Как говорилось выше, политика форсированной украинизации привела скорее к обратному результату. Действительно, за последние годы в стране выросло (хотя и не слишком сильно) количество людей, отождествляющих себя скорее с русской, чем с украинской общиной. Это особенно бросается в глаза, если рассмотреть только группу этнических украинцев; если между 1992 и 2005 годом среди называвших себя украинцем по национальности родным языком называли русский всего лишь от 14 до 17%, то в последние годы эта доля выросла до 20-25%. Представляется, что вместо того, чтобы тратить усилия на попытки «украинизировать» или «русифицировать» кого-то, разумнее принять реальность – в Украине существуют и будут существовать два приблизительно равных по размерам языковые сообщества. А дело политиков – создать им комфортные условия для реализации своих языковых прав. От того, насколько успешно и удовлетворительно будут решены проблемы двух наиболее распространённых в Украине языков, будет зависеть самоощущение людей, ассоциирующих себя с ними: будут ли они чувствовать себя равноправными гражданами своей страны, или её пасынками, гражданами второго сорта. А тем самым будет зависеть общий духовный и политический климат в стране.


Совместные публикации







Всё про интересы главных игроков в Сирии. Андрей Видишенко - [15.09.2017]



Народ США отказался работать "мировым жандармом" - [03.02.2017]



Новый расклад в треугольнике Россия-США-Китай. Андрей Видишенко - [23.12.2016]



Конфликт в Сирии не суннитско-шиитский, а персидо-арабский, - Андрей Видишенко - [25.09.2016]



Геноцид на Ближнем Востоке по религиозному признаку – результат "цветных революций" - [08.09.2016]



Последствия Брексит - [15.07.2016]
Андрей Видишенко



Внеблоковый статус Украины в НАТО более интересен украинцам - [11.07.2016]



Европейская мечта Украины после Брексита - [07.07.2016]



Эксперт: сумасбродная инициатива ВРУ по обращению к Фанару не могла увенчаться успехом - [01.07.2016]



Почему Британия уходит? Кухня брексита и будущее Европы. - [29.06.2016]
Андрей Видишенко



Андрей Видишенко и Дмитрий Джангиров, "Работа над ошибками" - [09.06.2016]



Свобода для волков означает смерть для овец - [02.06.2016]
Андрей Видишенко



Как очередной выброс информации по панамским офшорам повлияет на украинскую власть? - [05.05.2016]



В ЕС растет сопротивление экономической экспансии США - [04.05.2016]
Андрей Видишенко



Оффшорный скандал и голландский референдум - [28.04.2016]
Андрей Видишенко



Эксперт о перспективах возвращения Крыма в состав Украины - [31.03.2016]
Андрей Видишенко



Евроскептицизм. Интервью с Андреем Видишенко - [18.03.2016]



Программа «Право на Голос» на тему: «Гавана, Мюнхен, Дамаск: международные события недели» - [24.02.2016]



Векторы интеграции
М. Погребинский, Е. Большов.
- [19.12.2011]
М. Погребинский, Е. Большов



Он уходит! Мы его теряем! Мы теряем доллар!.. - [30.06.2011]



Компромисс возможен - [25.12.2010]
Михаил Белецкий, Михаил Погребинский



Итоги 2010 года: оценки Киевского центра политических исследований и конфликтологии - [23.12.2010]



Украинско-российские отношения: от конфронтации к перезагрузке - [22.10.2010]
Михаил Погребинский, Антон Финько



Русский язык в Украине - [20.10.2010]



Русский язык в Украине – без эмоций - [18.09.2010]
Погребинский Михаил, Белецкий Михаил, Большов Евгений, Кирюхин Денис, Толпыго Алексей (Киевский центр политических исследований и конфликтологии)



Янукович постарается обезопасить себя от конкуренции со стороны нового премьера - [26.02.2010]



Поражение победы - [10.02.2010]



Стенограмма пресс-конференции в «Главреде» - [18.11.2009]



Украина – на чью сторону качнется политический маятник? - [20.05.2009]



Former Ukrainian speaker viewed as credible challenger to premier - [06.05.2009]



Кто вы, мистер Яценюк? - [05.05.2009]



Последний диагноз - [22.06.2007]



ВЫШЛА В СВЕТ НОВАЯ КНИГА КЦПИК - [18.06.2007]



Заборона на в’ їзд - [25.10.2006]



Первые шаги новой власти (первая половина 2005 года) - [04.08.2005]



Философия новой власти 1 - [14.07.2005]



Исламское движение Узбекистана: история, финансовая база и структура - [27.06.2005]



Політологи Антон Фінько та Володимир Горбач про підсумки 100 днів діяльності нової влади в зовнішньоекономічному аспекті - [11.05.2005]
Антон Фінько, Володимир Горбач



Слотердайк проти цинізму розуму1 - [16.08.2004]



"Европейский четверг": кто чему научится? - [28.01.2004]
Николай Несенюк



Об итогах президентских выборов в Грузии - [12.01.2004]



Королей играют пешки - [30.12.2003]
Владимир Малинкович, Михаил Погребинский



Мавр свое отсидел, мавр может уходить на волю - [10.12.2003]



Проблемы политической реформы - [13.10.2003]
М. Погребинский, А. Толпыго



Відповідь Данила Яневського - [09.09.2003]



Яневський Д.Б. Політичні системи України 1917-1920 років: спроби творення і причини поразки. - К.: Дух і літера, 2003. - 767 с. - [03.09.2003]



Возможный план проведения политической реформы и "минималистский" вариант изменений в Конституцию - [19.03.2003]



Відповіді на питання журналу "Національна безпека і оборона" щодо політичної реформи. Позиція Київського Центру політичних досліджень та конфліктології.* - [06.03.2003]



Президентские выборы 1999 года в Украине: региональный аспект - [31.12.1998]
М. Белецкий, М. Погребинский, А. Толпыго



Национально-культурные и идеологические ориентации населения Украины - [31.12.1997]
М. Белецкий, А. Толпыго



Полiтичнi партiї України у взаємодiї зi структурами влади - [31.12.1996]
М. Білецький, М. Погребинський















Copyright © 2002-2012 Киевский центр политических исследований и конфликтологии
Copyright © 2002-2012 Центр эффективной политики

При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна.






bigmir)net TOP 100