Перейти на главную страницу





главная страница | наши сотрудники | фотобанк | контакт
 



  Цели и задачи Центра  
  Текущий комментарий  
  Тема  
  Автор дня  
  Социология и политика  

  Аналитика  
  Социологические исследования  
  Публикации и интервью  
  Новости  


Украинские выборы Президента: октябрь-ноябрь 1999


31.12.99

Киевский центр политических исследований и конфликтологии

Журнал "Полис", 2000 год.

После того, как президент Леонид Кучма во втором туре выиграл у лидера Компартии Петра Симоненко и был переизбран на второй срок, все дружно заявили, что "на Украине был реализован российский сценарий". Доля истины в таком утверждении, разумеется, есть. Однако насколько она велика?

1. Напомню прежде всего украинскую ситуацию, какой она представлялась, скажем, за полгода до президентских выборов. Компартия Украины, незадолго до этого одержавшая относительную победу на парламентских выборах (24,7%; март 1998 года), была не только сильнейшей, но, по существу, единственной политической партией Украины, заслуживающей такого названия, единственной партией со значительным собственным электоратом1 , поскольку единственная серьезная сила справа - Народный Рух Украины (НРУ), получивший на парламентских выборах немногим менее 10%, оказался расколот конкуренцией за лидерство и, как представляется сейчас, окончательно перешел на положение одной из маргинальных партий правого крыла2 . Однако лидер КПУ П. Симоненко не выглядел сильным политиком; наиболее перспективными кандидатами слева казались бывший спикер парламента, лидер Социалистической партии Александр Мороз и нынешний спикер, ведущая фигура в Селянской (Крестьянской) партии Александр Ткаченко. Среди правых политиков не видно было ни одной сильной фигуры, тогда как в центре перспективной выглядела кандидатура бывшего премьера Евгения Марчука, находившегося по отношению к Л. Кучме в том же положении, в котором сам Л. Кучма 5 лет назад находился по отношению к тогдашнему президенту Леониду Кравчуку. Разница, однако, заключалась в том, что Л. Кучма сам "ушел, хлопнув дверью" с поста премьера в сентябре 1993 года за три дня до того, как Верховная Рада (парламент) Украины под давлением шахтерских забастовок приняла решение о досрочных выборах в марте 1994-го - тогда как Е. Марчук был уволен с этого поста еще в 1996 году.

Наконец, положение самого президента представлялось хотя и сомнительным, но не столь безнадежным, как положение Бориса Ельцина в начале 1996 года. Возможно, это связано с тем, что Л. Кучма на Украине никогда не имел той бешеной популярности, которую имел Б. Ельцин в начале 1990-х годов, а потому и разочарование в его деятельности было, может быть, не меньшим, но гораздо менее острым. Другим важным потенциальным плюсом для президента представлялся раскол Украины на "Восток и Запад", о котором речь пойдет ниже: в борьбе против левого кандидата президент мог рассчитывать на поддержку Запада. Плюс этот был, впрочем, довольно двусмысленным: до сих пор на украинских выборах Запад неизменно проигрывал Востоку. И уже в 1995 году, когда одержавший победу на выборах благодаря поддержке Левобережной Украины Л. Кучма стал сдвигаться в политическом (впрочем, как и в географическом) отношении в правую сторону, кто-то предсказал результаты следующих выборов таким образом: "1999 год. А. Мороз как кандидат от объединенной оппозиции побеждает Л. Кучму на выборах, несмотря на то, что Кучма набирает 90% в Галичине. 2000 год. Леонид Кучма избирается депутатом парламента от Тернопольской области..."

2. В этой ситуации левые сделали тяжелую ошибку: вместо того, чтобы договориться о едином "проходном" кандидате (таким, видимо, стал бы А. Мороз), они выдвинули сразу четверых. Впрочем, при создавшемся раскладе эта ошибка была почти неизбежна. Компартия, как основная оппозиционная сила, не могла себе позволить опять, как в 1994-м, не выдвинуть собственного кандидата; А. Мороз понимал, что это - его последний шанс, и не без оснований считал себя наиболее перспективным левым кандидатом. К ним добавились еще "харизматический" лидер Прогрессивной социалистической партии Украины (ПСПУ) Наталья Витренко, с которой ни одна левая партия просто не могла договориться, поскольку она клеймила их всех как предателей истинно левой идеологии и политики, да еще в последний момент, после долгих колебаний, выдвинул свою кандидатуру спикер Александр Ткаченко, которого, как видно, убедили его советники в том, что он имеет хорошие шансы. (Социологи давали ему вплоть до октября не более 3-4 процентов.)

Подобный расклад практически обеспечивал левым "условную победу" в первом туре: четыре левых кандидата по всем прикидкам должны были набрать заметно больше голосов, чем президент, а возможно - и больше половины. Однако, как заметил кто-то из украинских социологов, "голоса избирателей - не чемодан, передать их другому кандидату нельзя". Это в полной мере подтвердилось на выборах, где П. Симоненко не смог обеспечить себе поддержки всех или подавляющего большинства сторонников А. Мороза и Н. Витренко.

Ситуация на правом фланге была проще, поскольку правые кандидаты явно не имели никаких шансов. Видимо, именно поэтому Евгений Марчук сделал "обманный финт вправо" и вместо того, чтобы представить себя в качестве кандидата-центриста, собрал вокруг себя коалицию правых партий, включая и столь одиозные, как "Державна самостійність (государственная независимость) Украины". Вообще, если левые кандидаты основывались - каждый - на поддержке одной партии (П. Симоненко - КПУ, А. Мороз - СПУ, А. Ткаченко - СелПУ; Н. Витренко, строго говоря, не имела поддержки никакой партии, поскольку ПСПУ не располагает ни деньгами, ни партийными структурами), то все остальные - центристы и правые - пытались создать вокруг себя коалиции. Наиболее преуспели в этом Марчук и Кучма: первый собрал в коалицию дюжину партий, второй - 2 дюжины. Марчуку, однако, не удалось обеспечить себе поддержку НРУ, который, как уже говорилось, выдвинул двух кандидатов: бывшего министра иностранных дел Геннадия Удовенко и бывшего министра экологии Юрия Костенко. Кроме перечисленных 8 кандидатов, необходимый миллион подписей удалось собрать еще 7-ми кандидатам, которых, впрочем, никто не рассматривал всерьез; шесть дошедших до выборов (один снял свою кандидатуру), набрали на всех около 1,7%.

3. Не пытаясь здесь изложить историю избирательной кампании, упомяну лишь два связанных с ней обстоятельства: давление на СМИ и "каневскую четверку". Что касается первого, то выборы украинского президента 1999 года можно оценить как "средне-СНГовские"; основные телеканалы были под практически полным контролем властей, и если не все время агитировали за президента, то уж, во всяком случае, уделяли выступлениям, поездкам, встречам президента Кучмы больше внимания, чем всем прочим кандидатам вместе взятым, тогда как газетный рынок был более "сбалансированным". Так, довольно популярная газета "День", изображая президента в самых черных красках, пропагандировала Марчука как единственно достойного кандидата; парламентский "Голос Украины" ежедневно сообщал о разнообразной и высоко полезной деятельности спикера; в то же время Симоненко и Мороз вынуждены были полагаться в основном на свои партийные газеты.

"Каневская четверка" оказалась самой неудачной из "избирательных технологий" в кампании. В августе 4 кандидата - Марчук, Мороз, Ткаченко и мэр Черкасс Владимир Олийнык на могиле Тараса Шевченко в Каневе заключили соглашение о взаимной поддержке. Уже сама идея объединения левых (Мороз, Ткаченко) и правых (Марчук) кандидатов под одной крышей вызывала недоумение: не потеряют ли те и другие от такого объединения больше, чем приобретут? Но когда за три недели до выборов "четверка" все еще не определилась, кого же она, в конце концов, поддержит; затем сообщила, что ее кандидатом будет Мороз - но Марчук будет продолжать кампанию; когда через несколько дней поступило контр-сообщение: "четверка" выдвигает единым кандидатом Марчука; и наконец, когда Мороз сообщил, что теперь уже ему руководство партии не позволяет снять свою кандидатуру - стало ясно, что вся затея оказалась политическим провалом для всех ее участников. Достойным завершением эпопеи было заявление Ткаченко о том, что он снимает свою кандидатуру в пользу... П. Симоненко, которого, замечу в скобках, долго уговаривали, но так и не уговорили войти в "каневский блок". Олийнык снял свою кандидатуру в пользу Марчука.

4. Как же оценивали весь этот расклад социологи, политологи и рядовые граждане перед выборами?

Большинство политологов считали шансы Кучмы крайне низкими. Кто-то из западных журналистов в ночь выборов не мог понять, что происходит: положение в стране тяжелое, экономика 5 лет падает или стагнирует, а безработица растет и так далее - а люди голосуют за Кучму?!

Между тем именно это и предсказывали социологи: данные наиболее серьезных социологических фирм3 из месяца в месяц показывали, что лидирует Л. Кучма, а на втором месте идет Н. Витренко. Большинство политологов перед выборами не доверяли этим данным и дружно уверяли, что они "нарисованы".

Между тем данные социологов в отношении Кучмы полностью подтвердились - он, как и предсказывалось, получил несколько больше трети голосов. Шансы Витренко социологи, как выяснилось, переоценили - ей прочили второе место после Кучмы, а она заняла лишь четвертое, ненамного отстав от Мороза. Однако поскольку никто не взялся бы объяснить, зачем бы социологам могло понадобиться - при том, что они верно оценили рейтинг Кучмы - нарочно "рисовать" высокий рейтинг Витренко - остается сделать вывод, что социологи работали честно, хотя в чем-то ошиблись. Почему же при общем недовольстве положением дел в стране (по опросам, более 70% полностью не удовлетворены своим материальным положением, и т. п.) еще задолго до первого тура, когда кандидатов было много, а давление на опрашиваемых отсутствовало, порядка трети сообщили интервьюерам, что собираются голосовать за президента?

Частичной причиной тому была, разумеется, блокада всех оппозиционных президенту кандидатов в СМИ, прежде всего в ТВ. Но это может объяснить лишь, почему рейтинг других кандидатов был низок, но не то, почему же все-таки люди намеревались голосовать за президента.

Поэтому, оставляя в стороне вопрос о давлении на СМИ до выборов (а такое давление было) и о предполагавшихся фальсификациях (судя по совпадению данных выборов с данными опросов, таковых не было, или они были в незначительных масштабах), заметим, что прогноз по принципу "люди живут плохо, и потому проголосуют против Кучмы" оказался совершенно необоснованным.

Позволю себе высказать гипотезу: этот прогноз был необоснованным именно потому, что простые граждане живут довольно плохо - гораздо хуже большинства политологов. Перемен хотят те, кто живет неплохо, и подсознательно считает, что перемены (наверняка) будут к лучшему4 ; бедняки столь же подсознательно ждут от перемен только плохого, и не особенно к ним стремятся.

И действительно, материалы опроса показывают, что за Кучму голосовали отнюдь не самые обеспеченные слои общества. Судя по данным опросов, средний доход той группы респондентов, которые собирались голосовать за Кучму (впрочем, как и сторонников Симоненко), мало отличается от среднего дохода всей группы опрошенных. Наиболее обеспеченная часть населения скорее склонялась в сторону Марчука, как видно, считая, что нынешнее положение неудовлетворительно, и с новым президентом Марчуком можно рассчитывать на реформы.

5. Перейдем, однако, к результатам выборов. Первый тур можно с точки зрения формальной расценивать и как победу президента, и как победу левых. В самом деле, Л. Кучма добился относительной победы: он получил 36,5% голосов, тогда как три левых кандидата (Ткаченко, как уже говорилось выше, снял свою кандидатуру за несколько дней до выборов) набрали вместе 44,53% голосов. Фактически, однако, большой победой Кучмы (заранее, впрочем, предсказанной социологами) было то, что на второе место вышел наиболее "удобный" для него конкурент - Петр Симоненко - 22,2%. Результат семи ведущих кандидатов представляет таблица.

Таблица 1.

Результаты первого тура (в процентах)

КандидатПолитическая ориентация (условно)Процент голосов
Л. КучмаПравоцентрист36,47
П. СимоненкоЛевый (Компартия)22,22
А. МорозЛевый (Соцпартия)11,28
Н. ВитренкоЛевая10,97
Е. МарчукПравоцентрист (при поддержке ультраправых)8,12
Ю. КостенкоПравый2,17
Г. УдовенкоПравый1,22

Активность избирателей во втором туре, против ожиданий и против обыкновения, оказалась выше, чем в первом (74,9% против 70,15%). Предположительно это - результат мобилизационных усилий как "партии власти", так и правых, да и рядовых граждан, не желавших победы коммуниста. Кучма одержал уверенную победу, набрав в полтора раза больше, чем его конкурент: 56,21% против 37,77%.

6. Нет сомнения, что в победе Кучмы важную роль сыграл "российский сценарий": Президент был представлен как единственно "проходной" кандидат, который противостоит левой угрозе. Бесспорно, именно эта причина вызвала столь единодушное голосование за Кучму на Западе Украины.

Но в таком случае, почему Леонид Кравчук, которого в 1994 году таким же точно образом представляли как защиту Украины от "анти-национального" кандидата Леонида Кучмы, получивши в Западной Украине без малого 80%, тогда проиграл Кучме - а Кучма в 1999 году в аналогичных обстоятельствах одержал внушительную победу?

Украинская практика показывает, что на украинских выборах победы на Западе не просто недостаточно - она грозит почти неминуемым поражением в остальной части страны. Так, в 1991 году на первых президентских выборах Вячеслав Чорновил набрал около 70% в трех наиболее "национальных" областях (Галичина: Львовская, Ивано-Франковская и Тернопольская области), но по Украине в целом набрал лишь 23%; Кравчук в 1994 году набрал в Галичине еще больше, но и это ему не помогло. Наконец, на парламентских выборах 1998 года Народный Рух набрал в Галичине около 30% (и это при том, что значительная часть голосов в Галичине отошла другим национальным партиям правее Руха), но только 10% по Украине.

Существенную роль здесь сыграло то обстоятельство, что в 1999 году украинская "партия власти" (в отличие от 1994 года) довольно единодушно "поставила" на президента; вообще практика выборов в СНГ как будто показывает, что там, где "партия власти" единодушна, оппозиция не имеет шансов на победу. Никак не умаляя значения этого фактора, рассмотрим другие аспекты проблемы.

Выше было сказано, что на выборах Кучма набрал в полтора раза больше голосов, чем Симоненко. Анализ результатов по регионам показывает, что почти весь его перевес получен за счет Западного региона (см. Таблицу 2). В четырех остальных регионах конкуренты "сыграли вничью"; из 27 регионов Украины Кучма (не считая Запада) победил в десяти, Симоненко - тоже в десяти.

Таблица 2.

Результаты второго тура по пяти основным регионам (в процентах)

 ЗападЗапад-ЦентрВосток-ЦентрЮгВостокУкраина
Кучма85,949,247,246,648,256,21
Симоненко9,843,446,247,945,737,77

Таким образом, впервые в новой украинской истории Запад поставил "своего" президента.

Этот парадоксальный результат нетрудно объяснить, ориентируясь на следующую упрощенную модель. Представим себе, что каждый из пяти регионов имеет два голоса (всего, следовательно, десять). Тогда четыре региона проголосовали "вничью"- один голос за Кучму, один за Симоненко; Запад же отдал оба своих голоса Кучме. В результате Кучма выиграл со счетом 6:4, что не так далеко от реального результата голосования. (Характерно, что в каждом из остальных четырех регионов ни одному из кандидатов не удалось набрать 50% голосов.)

Таким образом, если несколько лет назад мы отмечали (см. например [2]) значительные различия между политическими ориентациями регионов: Запад-Центр был значительно "правее" Юга, Юг - Востока - то выборы 1999 года как будто указывают на то, что Украина (за исключением Западного региона) становится более однородной. Кучма победил за счет сочетания двух факторов: интенсивной поддержки Запада и "нейтралитета" остальных регионов. Это отличает выборы 1999 года от предыдущих, где активная поддержка Левобережной Украиной другого кандидата перевешивала, и активный, но небольшой Западный регион неизменно проигрывал.

7. Три левых кандидата в первом туре набрали вместе 44,53% голосов. Много это или мало? Если сравнивать с парламентскими выборами 1998 года, где все левые блоки в сумме набрала около 41% - как будто бы налицо прогресс левых. Однако можно посмотреть на вещи и по-другому. На выборах 1998 года две ведущие левые партии - КПУ и СПУ (вторая - в блоке с Селянской партией) набрали в сумме 33,2%; на выборах 1999 года лидеры этих партий П. Симоненко и А. Мороз (первый - при поддержке Селянской партии в лице Ткаченко) - набрали в сумме 33,5%. Весь прогресс левых, таким образом, был достигнут за счет "харизматической фигуры" Н. Витренко, которая набрала в два с половиной раза больше голосов, чем ее партия в 1998 году. - И это при том, что на выборах 1999 года, в отличие от 1998, левые имели гораздо лучшие возможности получить "протестные" голоса, сыграть на недовольстве президентом - который в выборах 1998 года не участвовал.

Во втором туре, как считали политологи, за Кучму должны были "автоматически" проголосовать сторонники правых (Марчука, Костенко и Удовенко), а также некоторая часть электората А. Мороза и особенно Н. Витренко, для которых Симоненко - уж слишком "левый"; Симоненко же мог рассчитывать только на большую часть голосов Мороза и (в меньшей степени) Витренко. Судя по результатам второго тура, где Симоненко получил на 6% меньше, чем левые в первом туре, примерно так оно и произошло - хотя едва ли голосование было уж столь "автоматическим". Мне представляется, что украинский избиратель более независим от политологических схем; в частности, хотя бы некоторая часть избирателей Марчука и Костенко (подчеркивавших в ходе избирательной кампании свою оппозиционность власти) должна была либо проголосовать против обоих кандидатов, либо даже перейти на сторону Симоненко.

8. И последнее. Как мы уже говорили, отчасти верно, что на Украине в 1999 году повторился "российский сценарий" 1996-го. Но хотелось бы подчеркнуть другое: если бы он повторился в точности, то Кучма проиграл бы.

И в самом деле, в России президент-коммунист выступал против оппозиционера-коммуниста; но оба они были патриотами. В России существует "патриотический консенсус", и каждый из кандидатов должен был доказывать, что он - больший патриот, чем его противник.

Напротив, на Украине дело было не только в том, что Симоненко считался антипатриотом, который стремится "продать Украину москалям". Столь же важно и то, что Симоненко не мог себе позволить слишком рьяно опровергать это обвинение - опровергнув его, он рисковал потерять свой, "антипатриотический" электорат. На Украине не существует патриотического консенсуса; по данным опроса, около 30% населения хотели бы восстановления СССР (в какой-то форме, скажем, в форме союза славянских государств), порядка 15% - максимального удаления от России, безоговорочного перехода Украины в "западный лагерь", тогда как большинство населения хотели бы, чтобы Украине оставалась независимым государством, но сохраняя при этом тесные дружественные связи с Россией.

Указанные 30% (цифры по разным опросам разнятся, но порядок их остается примерно одинаковым) - это значительно меньше, чем думают московские политологи; среди последних господствует мнение, что по меньшей мере 80% украинцев спит и видит восстановление союза с Россией. Это не так. Но и 30% - вполне достаточно, чтобы сделать непопулярным "оголтелый патриотизм". Кандидатам приходилось представлять себя "умеренными патриотами": достаточно умеренными, чтобы не отпугнуть "антипатриотический" электорат, но в то же время достаточно патриотичными, чтобы не потерять, по крайней мере, умеренную часть электората, которая вовсе не хочет воссоединения. Как видно, Кучме это удалось лучше, чем Симоненко.

1Детальный анализ электората КПУ и вообще украинского левого электората был проведен в [1]. Отсылая за подробностями к этой статье, замечу лишь, что по моим оценкам, “красный” электорат на Украине составляет около 40%, из которых примерно половина “твердо” голосует за коммунистов, тогда как другая половина голосует по-разному (иногда даже за правые партии).
2 Забегая вперед, скажем, что выборы это подтвердили: оба кандидата от конкурирующих крыльев расколотого Руха набрали на двоих около 3,5%.
3Опросы Киевского международного института социологии (КМИСа), фирмы “Социс-Гэллап”, Украинского института социальных исследований (УИСИ).
4Авторханов писал когда-то, что Хрущев хочет накормить советских граждан, и желал ему успеха в этом, исходя из того, что “революцию делают не голодные люди, а сытые. Сытые, которых не накормили один день”.
[1] Толпыго А.К. "Красные" на Украине. - "Полис",..... (1999 ?)
[2] Белецкий М.И., Толпыго А.К. Национально-культурные и идеологические ориентации населения Украины. - "Полис", 1998, N 4.













Copyright © 2002-2012 Киевский центр политических исследований и конфликтологии
Copyright © 2002-2012 Центр эффективной политики

При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна.






bigmir)net TOP 100